Джонас тихо выругался и быстро прижал ладонь к её рту, и начал трясти сильнее. Но она не просыпалась."
"Он стиснул зубы, раздражённо глядя на неё. Девушка — проблема. Она провела с ними всего несколько часов, а уже успела создать кучу трудностей. Если она закричит снова, привлечёт зверей из леса… Он наклонился к её уху, но тут же отвлёкся на запах её волос — смесь леса и чего-то сладкого.
Олень-вампир, напомнил себе Джонас. Гримвольфы. Если ему придётся драться в этот чёртов час, он сам её убьёт. Будь проклят Рей и его нерешительность.
О чем только, в этом гребаном вечном пламени, думал его командир? У отряда «Кровавая Секира» была репутация, которую нужно было поддерживать. Они не могли позволить себе бесплатно брать попутчиков… особенно когда на кону стояли тысячи соласов.
— Катрин, — прошептал он, гордый тем, что вспомнил её имя.
Наконец, её глаза распахнулись, белки сверкнули в лунном свете. Она моргнула, дыхание перехватило, губы приоткрылись…
— Проклятая женщина, не смей кри…
Джонас не успел договорить — её ногти вонзились в его ладонь, оставляя глубокие царапины.
— Блядь! — взвыл он, отпрянув и выпуская её.
Катрин задергалась, отбиваясь ногами. Она попыталась подняться на ноги, но верёвка натянулась, и она упала на живот. Если бы не её страх, и если бы рука Джонаса не пульсировала болью так сильно, это было бы даже забавно. Отшатнувшись, она снова вжалась спиной в ствол дерева.
Джонас нахмурился. Если она снова закричит, если привлечет тварей из леса… не в его смену.
— Смотри на меня, Катрин, — сказал он строго.
— Ты в безопасности. — Её карие глаза метнулись к нему. Затем она быстро отвела взгляд. Джонас раздражённо выдохнул. — Представь свое самое любимое место в Исельдуре. Закрой глаза, если нужно. — Она закрыла глаза и резко вдохнула через нос. — Ты в своем любимом месте. В безопасности. Тебе ничего не угрожает.
Девушка вдохнула, и Джонас с удовлетворением отметил, что её пульс замедлился.
Какое место она представляет?
Он нахмурился, отгоняя эту мысль прочь.
Неожиданно Джонас нащупал в кармане талисман из кованого серебра и провел большим пальцем по выгравированной поверхности. Он молча наблюдал за ее дыханием. В конце концов глаза девушки открылись, и она запрокинула голову к звездному небу.
— Здесь нельзя кричать, — хмуро сказал Джонас. — В округе полно гримвольфов и тварей похуже.
— Извини, — тихо сказала она. — Я… подумала, что ты… — она покачала головой. — Ничего. Мне жаль. — Её взгляд скользнул к его руке.
