— Ты от кого-то бежишь, дулла? — тихо спросила она. — От мужчины? От мужа? — Силла прикусила губу, обдумывая ответ. Но Гекла, похоже, восприняла ее молчание как подтверждение. — Он сделал это с тобой? — указала она на синяки на шее.
Силла кивнула. За годы она поняла, что люди видят то, что хотят видеть, и проще было подыгрывать их догадкам, чем придумывать собственные лживые истории. И все же, почему-то внутри кольнуло неприятное чувство.
— В пекло этого злобного кунту, Катрин, — процедила Гекла.
— Надеюсь, ты хорошенько врезала этой гнили в ответ. Ты поступила правильно, сбежав от такого человека. — Гекла подняла протезированную руку. — Дар моего дрянного мужа. Вернее, бывшего мужа, — поправила она, и в ее глазах мелькнуло мрачное торжество.
У Силлы пересохло в горле.
— О-он сделал это с тобой?
— Да. Он был подлым, ничтожным человеком и свою злобу вымещал на мне. Это было задолго до того, как я стала воином. Я была молода. Думала… что он изменится. Что я смогу ему помочь.
Но это была ложь, и он не изменился. Когда, наконец, я нашла в себе смелость уйти, он нашел меня. Взял топор. Я пыталась сопротивляться, пыталась защититься, но…
Силла ахнула, губы ее приоткрылись.
— О, не беспокойся, дулла, — фыркнула Гекла. Это был резкий, почти безумный звук. — Все долги уплачены сполна.
— Ты… он мертв?
— О да. Очень даже мертв.
Силла молча оделась, обдумывая услышанное.
Голос Геклы прервал ее размышления.
— Конечно, я бы предпочла иметь обе руки, не учиться заново делать все левой, не проходить через десятки бесполезных протезов, пока не нашла подходящий.
Но теперь я вижу, что, в каком-то смысле, это было благословением, скрытым под личиной беды.
— Что?
— Да. После того, как это случилось, я поняла: однажды все мы умрем. А я потратила слишком много лет на этого человека… этого жалкого труса. Тогда я решила, что буду жить так, как хочу. Учиться сражаться, путешествовать, увидеть весь мир. Я хочу жить свободно, жить полной жизнью, пока мое сердце еще бьется.
— Гекла сделала паузу и посмотрела на Силлу. — И ты тоже свободна, дулла.
— Да, — прошептала Силла, ощущая неприятную тяжесть в животе.
Эта ложь казалась неправильной. Ей стоило придумать что-то другое. Гекла казалась ей чудесным человеком, возможно, даже союзницей… но теперь Силла боялась, что все испортила.
Они вернулись к костру, развесив влажную одежду на веревке между повозкой и веткой можжевельника.
