А не потому, что кто-то из жалости подал им руку.
Тем вечером они разбили лагерь на лесной поляне, окружённой густыми хвойными кронами, затеняющими облачное небо. Сигрун подстрелила ещё двух кроликов за день, и Силла зажарила их на вертеле, подав с последними кусками хлеба. Она знала, что это далеко не лучший ее ужин, но запасы были скудны. Однако воины из «Кровавой Секиры» съели все до крошки, не жалуясь. С грибами или хотя бы свежей зеленью она могла бы приготовить нечто во сто крат вкуснее. Настолько вкусное, что они сами не захотели бы расставаться с ней, даже дойдя до севера.
После ужина, сполоснув посуду, Силла украдкой оглядела лагерь. Огонь догорал, отбрасывая тёплые отблески. Илиас, Сигрун и Джонас склонились над игрой в кости — ни следа Рея, Геклы или Гуннара.
Весь вечер ей удавалось загонять мысли о покойном отце в дальние углы сознания. Но теперь, когда наступила ночь и всё стихло, они выползли из своей клетки, заполняя её болью и тоской.
Я любил тебя как родную.
Так почему же ты мне не доверял? Хотелось ей закричать.
Почему не рассказал правду? Силла сжала пальцами стеклянный флакон на шее, и её мысли мгновенно переключились.
Листья, чтобы забыть о нем. Листья, чтобы стало легче."
"Силла зажмурилась, пытаясь заглушить голос в голове. Она уже приняла положенную на ночь порцию шкульда, но её тело жаждало ещё. Всегда ещё один лист. Всегда ну и кому это вредит. Всегда ты заслуживаешь хоть немного счастья. Она достала их из флакона, разложила, пересчитала один раз, второй, третий.
Десять.
Десять листьев. Десять ночей. Десять спасений от боли прежде, чем она поглотит её целиком. Силла развернула карту и провела пальцем по крошечной точке — Сварти. Если они продолжат путь с той же скоростью, то доберутся туда до того, как листья закончатся. Она повторяла это себе снова и снова, но тревога жгла ей желудок.
Возьми ещё один.
— Мне нужно размяться, — пробормотала она, не в силах больше сидеть с этими мыслями.
Она посмотрела в сторону леса. Он был тихий. Неподвижный. Ничто не двигалось в темноте.
Пока никто не видел, Силла сунула в карман корки хлеба — оставить в подношение духам. Если ей удастся найти что-то съедобное, она добавит это в подношение и, возможно, загладит свою вину за то, что не сделала этого прошлой ночью.
Схватив пустой ящик из-под провизии, она приняла решение. Она не уйдёт далеко и быстро вернется. И с этими мыслями Силла скользнула в тени деревьев.
Лес пах сладковатой землёй, воздух был наполнен влажной прохладой.
