Дорога мёртвых. Том 2

Она сжалась в комочек, спрятав руки в складках вечерней накидки, и прикрыла глаза, чтобы не видеть обеспокоенного взгляда Талемара: при свете масляных фонарей, проникавшем через окна экипажа с улиц, зрачки рыцаря вспыхивали янтарным огнём. «Едва мы переступим порог, он кинется на меня и будет терзать, пока не утолит свой голод», – думала девушка, но повозка всё ехала и ехала, и через некоторое время эти мысли растворялись в накатывающей волнами усталости. Ей хотелось бы так ехать всю ночь и весь следующий день, только бы не останавливаться.

– Вот мы и дома, – сообщил Талемар, вновь прижимая её к себе.

Она зажмурилась и открыла глаза только в спальне, когда он опустил её на благоухающее ранними жасминами и розами прохладное бельё. Подобрав под себя ноги, жрица наблюдала, как он стянул с могучих плеч кафтан и, расстегнув пояс, небрежно побросал предметы одежды в глубокое кресло.

– Не так я представлял себе нашу свадьбу, – сказал он, присаживаясь с краю кровати и нежно разглядывая насторожившуюся Доннию.

– Разве ты её представлял? – тихо спросила она.

– Бывало, да. Ты знаешь, в военных походах случаются моменты, когда хочется помечтать. Среди бесконечных вылазок, марш-бросков и штурмов иногда думаешь о далёком Фэите. О доме. И о невесте, конечно же. Многие ребята только благодаря этому и сохраняют рассудок. Когда ты знаешь, за что сражаешься.

– Сегодня ты сражался за меня и проиграл, – вскинула голову она.

По лицу Первого рыцаря пробежала тень. Получив желанную невесту, он совсем не чувствовал себя проигравшим.

– Я не забыл, – сказал он. – Этот след останется навсегда?

– Нет, его можно вылечить, – ответила Донния. – Ложись на подушку.

Воин послушно растянулся на кровати. Жрица прошептала несколько слов, её пальцы окутались мягким сиянием, которое она тут же направила на иссушенное тёмное пятно, оставленное магией Келларда.

– Благодарю тебя. – Талемар осторожно погладил её руки и приподнялся ей навстречу, заключая в объятия и отыскивая нежные губы.

Только что спокойная и уверенная, она тут же вздрогнула и словно окаменела.

– Нет, не надо, – еле слышно попросила она.

– Это наша ночь, Донния, – он переключился на её лоб, виски и щёки, касаясь их неторопливыми поцелуями.