Дорога на Север

— Ты очень забавная, когда так сильно задумываешься. — Сказал он, забрав у меня гребень и принявшись прочесывать им пряди.

— Мне не терпится попробовать. — Вздохнула я, поправляя на себе его рубашку, что похоже уже стала моей.

— Так говорил мой дед. Когда имел ввиду, что человек, которому пришла в голову идея, весь горит, желая, как можно скорее воплотить ее в жизнь.

— Да, очень похоже на правду.

— Расскажи мне о себе.

— Что ты хочешь знать?

— Где ты родилась, росла. Кто твои родители. Как ты выжила в вашей войне.

— Слишком много. Могу сказать лишь то, что я выжила по чистой случайности.

— У этой случайности есть имя?

Я развернулась к нему лицом.

— Я не могу сказать тебе его. — На что Рохан неожиданно покорно кивнул и отложив не нужный более гребень, склонил голову к плечу.

— Я не буду просить у тебя ответов. Ты расскажешь мне сама, если посчитаешь нужным. Я только хочу знать, связанно ли твое молчание с недоверием или же это действительно тайна.

— И то и другое. Я не хочу вспоминать свою прошлую жизнь.

— Ты права. К прежней жизни ты больше не вернешься. Я не позволю.

— На этом и закончим.

Я легла в постель, заворачиваясь комком в одеяло и закрыла глаза.

Ну как мне объяснить этому амбалу, что за моей спиной тысяча смертей, к которым я сама не раз прикладывала руку? Как донести до его разума, то, что я действительно не стою и десятой части того, что имею сейчас, только по тому, что грешникам положено замаливать грехи, а не греться в хозяйской постели на сытый желудок?

На меня опустилась тяжелая рука, с присутствием которой в последнее время становилось легче дышать, и потянула назад, прижимая к груди Рохана.

— Ты самая странная ведьма. — Шепнул он. — Я не знаю, что было в твоей прошлой жизни, но хочу, чтобы ты забыла все и начала жить с начала.

Ну за что?! За что мне такой отчаянно и так правдоподобно влюбленный? Просто искушение для оголодавшей по похоти банши и давно недолюбленной женщины. И как он умудряется сдерживать себя так много дней, засыпая и просыпаясь со мной в одной постели?

На макушку опустился легкий поцелуй, от которого так разило нежность, что я шумно выдохнула, и тут же сомкнула губы, но было поздно.

— Что это было? Неужели каменное сердце начинает плавиться? — Улыбаясь спросил он.

— Отчего же ты… — Поцелуй в волосы. — Тогда так… — В шею. — Тяжело вздыхаешь? — Рохан прижался губами к моему плечу, заглядывая в мое лицо.

— Мужика давно не было. Хочешь рискнуть? — Оскалившись спросила я.