Дорога на Север

Большую часть жизни я была уверена, что для такой как я подобная роскошь не доступна, и ощущение ненужности и неприкаянности впилось в кровь как горький яд, разрушая жалость к себе.

Было ли мне плохо, зная, что для меня нет места, куда я могла бы вернуться холодным осенним вечером, где так же бы пахло тлеющими углями, от которых тепло разбегалось не только по озябшей коже, но и по венам ударяясь в сердце? Нет, не было. Смирение пришло быстро, жесткость окутала сердце непробиваемой коркой, достучаться до которой удалось только Россу.

Как бы все не было похоже на сказку, но я знала, что Великий не оставит попыток найти меня и вся моя оставшаяся жизнь будет похожа на бег от неизбежного. Я нужна ему. Я должна ему сотни жизней. Лучше бы было остановить все сейчас. Уйти в зиму и пропасть в снегах на веки вечные, разрывая этот порочный круг преследования, но… Я не могла. Сейчас не могла. Еще на корабле, принесшем меня на этот континент, я обдумывала план, то и дело, прокручивая сценарии своей кончины.

Самый простой вариант. Смерть последней банши ударила бы по мечтам Великого гораздо хлеще, нежели те потери, что он понес от моих вторжений.

Он мечтал поднять павших! Безумец!

Сразу вспомнился дикий взгляд карих глазах, в которых пылал огонь сумасшествия. Один единственный раз мне удалось увидеть Великого в живую, стоя в ста шагах от него, поражаясь как много бед могли принести лишь пара слов, что он брезгливо сбрасывал с тонких сжатых губ.

Он не видел меня, укутанную в рваный плащ, что демонстрировал свою старость протертыми дырами, среди толпы зевак, под холодным проливным дождем. Я была там для того, что бы убить его, уничтожить, стереть с лица земли этого несущего смерть во всех ее самых жестоких чертах, человека. Чудовища. Тирана. Изверга.

И только крепкий захват Расула удержал меня от последней точки, что завершила бы эпоху разрушений, кровопролития и преследований.

Пальцы невольно сжались в кулак.

Почему же он не позволил мне этого сделать? Почему я просто стояла и смотрела, не пытаясь вырваться и завершить задание? Чем заслужил Великий верность МОЕГО желтоглазого кошака?

Только горькая усмешка кривила губы, заполняя грудь ядовитым чувством довольства. Великий и предположить не мог, что столь близка. Что протяни руку, и меня притащат к нему на коленях, закованную в песчаные оковы, что перекрыли бы мне возможность выпить его одним глотком.