Дорога в Китеж

На окончательном совещании по Манифесту государь увидит перед собой монолитное единство кабинета. Об этом я позаботился. Лед вскроется, и для России наступит весна.

– Дай бог, – тихо произнес Эжен, подумав: «Так и в природе устроено – расцветает новая жизнь, а прошлогодний снег тает. Я – прошлогодний снег».

Но заставил себя встряхнуться.

– Как будут организованы выборы?

– Об этом представителям общества нынче вечером расскажет градоначальник. Прошу вас быть у него к шести часам. Вот что значит военно-морская дисциплина.

Не успел Баранов получить высочайшее распоряжение, и уже всё исполнил. Вам, либералам, есть чему поучиться у служак.

В градоначальстве собрались гласные городской думы, редактора больших газет, благотворительные деятели, несколько почтенных профессоров и прославленных юристов – одним словом, цвет интеллектуального Петербурга. Все были взволнованы. Такое событие! И столь внезапно!

Думские деятели выглядели встревоженными. Их учреждение, занимавшееся лишь хозяйственными вопросами, должно было поблекнуть по сравнению с новой институцией, которая будет участвовать во всех сторонах петербургской жизни.

Ровно в семь часов в залу стремительной походкой вошел градоначальник – высокий, тощий генерал с острыми, как ятаганы, усами.

– Господа! – Обвел собравшихся огненным взглядом. Голос зычный, капитанский. – Повеление о выборах явилось для меня такой же внезапностью, как для вас. Получен приказ провести процедуру со всей возможной скоростью. И приказ этот будет выполнен.

Выборы произойдут завтра же.

Все зашевелились, а некоторые даже приподнялись на стульях.

Отовсюду послышалось:

– Завтра?! Но это невозможно!

– Невозможно ослушаться государя! – рассек кулаком воздух бравый генерал. – Не знаю, как у вас, а у нас, моряков, приказы исполняются немедленно. И невозможного для нас не бывает. Выборы будут проведены по следующей диспозиции. – Он вынул из-за обшлага бумажку. – В десять ноль-ноль полицейские чины всех двухсот двадцати восьми околотков вверенной мне столицы начнут обход домов на своих участках.

Всем домовладельцам и квартирантам, снимающим приличное жилье, будет задан вопрос: кого из обитателей данного района они желали бы видеть своим полномочным представителем. К шести часам пополудни собранные сведения поступят ко мне. Моя канцелярия произведет подсчет. Из двухсот двадцати восьми избранных фаворитов населения я отберу двадцать пять человек – самых достойных с моей, то есть государственной точки зрения.