Дорогая Жасмин

Мадам Скай с аппетитом поужинала, мирно проспала всю ночь и, встав на рассвете, была готова к новым испытаниям. От Королевского Молверна, расположенного в Уорчестере, они направились на Глоустер, миновали Суиндон и Эндувр и оказались в Винчестере. Заезжать в Лондон было излишне: царственная чета любила охотиться погожими осенними деньками в густом близлежащем лесу Нью-Форест.

— Они, должно быть, в охотничьем домике, — сказал Вилльерз. — Их величествам очень нравится жизнь на свободе, без тягот, налагаемых этикетом, но придворным, не имеющим поблизости домов или слишком стесненным в средствах, чтобы нанять жилище, приходится нелегко.

— Такова цена придворной жизни, — сухо заметила Скай. — Не будете ли вы так добры найти местечко, где старая леди могла бы приклонить голову, мой красавчик?

— Мадам, позвольте предложить вам мою каморку в охотничьем домике, — галантно произнес Джордж. — Там ужасно тесно, но вы сумеете переодеться и спокойно поспать.

— Будь я на двадцать лет моложе, милый мой, вам не пришлось бы уступать мне свою постель. Мы бы прекрасно устроились на ней вдвоем, — усмехнулась Скай.

— Поверьте, мадам, я впервые искренне жалею о своей молодости, — мгновенно парировал он, и Скай громко рассмеялась, довольная столь изысканным остроумием и очаровательным комплиментом.

— Боюсь, вы куда опаснее, чем Сен-Дени, — решила она. Темные глаза Вилльерза сверкнули и тут же погасли.

— Вы очень высокого мнения обо мне, мадам.

— Нет, Вилльерз, наоборот, вас, к сожалению, недооценивают, но когда-нибудь все переменится, — пообещала Скай, тонко улыбаясь. Что за очаровательный плутишка и так честолюбив! Но это совсем не плохое качество! Она сама в молодости была достаточно амбициозна и вела столь чудесную, полную невероятных приключений жизнь, что не могла дождаться, когда закончится один день и начнется другой!

Для встречи с королем она надела черное платье. И кто осудит леди де Мариско, ведь она все еще была в трауре по любимому мужу.

— Подай мне немного румян, — велела Скай Hope, служанке, которую взяла с собой.

— Позвольте мне самой нарумянить вас. Какая изумительная кожа для женщины ваших лет, миледи! — воскликнула Нора. — Совсем немного… чуть-чуть…

Она так искусно наложила краску, что щеки Скай слегка отливали розовым.