Дорогая Жасмин

Король достаточно сентиментален, чтобы подвергать опасности дитя Лесли.

— Нет, нет! — запротестовал Яков Стюарт, как и ожидала Скай. — Мы не можем причинить такой урон Джемми! Я уже сказал, что верю вам и больше не гневаюсь на Лесли.

— От всей души благодарю, сир, — радостно выдохнула Скай, довольная, что так ловко приструнила маркиза Хартсфилда. Поднявшись, она вручила кубок пажу и снова присела перед королем.

— Надеюсь, ваше величество извинит меня. Я проехала много миль и очень устала. Завтра утром мне необходимо пуститься в обратный путь.

— Да, мадам Скай, даю вам разрешение удалиться. Счастливого пути и, когда будете писать внучке, передайте, что мы очень рады узнать о будущем наследнике Гленкирка. Стини! Проводи леди!

Виконт Вилльерз выступил вперед, и Скай, опершись на руку молодого человека, торжественно поплыла через комнату. Однако маркиз Хартсфилд преградил дорогу мадам Скай, и, увидев его разъяренное лицо, она язвительно рассмеялась.

— Вам не по силам тягаться со мной, милорд, — издевательски бросила она.

 — Моей наставницей была сама Бесс Тюдор!

— Она уже в могиле, — зловеще усмехнулся маркиз.

— А я — нет! — дерзко вскинула голову мадам Скай, выходя из комнаты. Очутившись в коридоре, она сказала Вилльерзу:

— Не удивлюсь, если окажется, что лорд Стоукс нашел свой конец от руки Сен-Дени. Он человек опасный и готовый на все.

— Вы действительно так считаете, мадам? Ну конечно! Почему ему не пришло это в голову?! Именно Сен-Дени более всего выгодна гибель Стоукса!

— Уверена.

Попробуйте изобличить его в преступлении, и у короля больше не будет неприятностей, мой честолюбивый юный лорд, — заявила Скай. — Бедняжке королеве не придется терзаться угрызениями совести, подыскивая ему невесту, а король может засадить его в тюрьму и избавиться от негодяя раз и навсегда.

— Но как ему удалось такое? — вслух размышлял Вилльерз. — У него нет друзей.

— Должен быть сообщник, — настаивала Скай.

— Только его сводный брат.

— Можно заставить его признаться, виконт? — спросила Скай, когда они остановились в алькове.

— Вряд ли, — покачал головой Джордж.

— А что, если соблазнить его тем, чего он так безуспешно добивается всю жизнь? У каждого человека есть слабости, милорд.

— А каковы ваши? — улыбнулся Вилльерз.

— Я выше всяких искушений, Джордж Вилльерз. Богата, здорова и доживаю свои дни в окружении детей, внуков и правнуков. И выгляжу для своих лет куда лучше, чем полагалось бы, если верить моей старшей дочери.