Дорогая Жасмин

 — Мы проведем здесь ночь, а утром отправимся в путь.

Пирс Сен-Дени в отличие от Киппа был слишком возбужден, чтобы сомневаться в готовности Адали угодить.

— Что это ты задумал? — спросил Кипп управителя, когда маркиз отправился спать и они наконец остались одни в парадном зале.

— О чем вы, мастер Сен-Дени? — недоуменно поднял брови Адали.

— Ты прекрасно понимаешь. Почему это ты вдруг стал таким услужливым? Твоя преданность госпоже известна всем. Адали слегка улыбнулся:

— Сэр, но что ни говори, а у вашего брата королевский приказ об аресте.

Не повиноваться было бы предательством, не так ли? А моя госпожа во всем чтит власть, данную королю Богом, поэтому даже ради нее я не могу ослушаться.

Однако Кипп усомнился в словах слуги.

— Ты что-то замышляешь, — недоверчиво повторил он, — и ни за что не подвел бы хозяйку, уж я это знаю. Адали снова улыбнулся:

— Посчитай я хоть на мгновение, что ваш брат способен схватить милорда и миледи…

— Им было все известно! — охнул Кипп.

— Во всяком случае, то, что маркиз всю зиму провел в Эдинбурге.

Видите ли, Шотландия — очень маленькая страна, сэр, и, должен напомнить, граф Гленкирк связан родством едва ли не со всеми знатными семьями. Мы получили известие еще до Рождества, но тут начались снегопады, и дороги завалило. Однако нам передали, что, как только земля подсохнет, маркиз Хартсфилд нанесет визит в Гленкирк. К сожалению, граф и его жена не могли столько ждать — у них слишком много приглашений, и на все нужно ответить.

— Пирс сумеет загнать добычу! — с отчаянием воскликнул Кипп.

— К тому времени, как он их настигнет… Если, конечно, сможет, — возразил Адали, — моим господам ничто не будет грозить, но, боюсь, ваш сводный брат окажется в большой опасности.

— Они послали гонца к королю! — прошептал Кипп.

— Король — человек благородный! Он не отступит от слова, данного графу и графине Гленкирк.

— Я предупреждал его! — застонал Кипп. — Предупреждал!

— В таком случае вы куда мудрее брата, — заметил Адали и тихо добавил:

— Еще есть время спастись.

— Я поклялся умирающему отцу, что не оставлю Пирса, — произнес окончательно сломленный Кипп.

— Вы отговаривали брата, как могли, разве нет? — мягко спросил Адали. — Я сам видел.

— Неоднократно, — признался Кипп. — Я повсюду следовал за ним. Сначала Пирс был всего лишь честолюбив, и я не видел зла в том, что он привлек взоры короля. Много раз за эти годы я пробовал удерживать брата от неразумных и рискованных деяний, пусть это не всегда удавалось.