Дорогая Жасмин

Как только она услышит стук копыт, сумеет заранее спрятаться в придорожной канаве. Ночь темная, луна скрылась за тучами, и вряд ли ее увидят. Она, конечно, доберется до города и попросит помощи. Первым делом надо сорвать этот проклятый ошейник.

Она торопливо шла, раздумывая, как лучше прикончить Пирса Сен-Дени. Жасмин не обретет покоя, пока он бродит по земле! Какая жалость, что они не в Индии! Она велела бы бросить его в яму с кобрами и наслаждалась бы его мучениями! Возможно, стоит отправить его в Англию и привязать на длинной веревке к одному из торговых судов бабушки, выходящих в море.

Какая ужасная и мучительная смерть, но вполне заслуженная для того, кто посмел унизить дочь Великого Могола. Лесли же, вероятно, попросту повесят ублюдка, как она сама поступила с убийцей Рована Линдли.

Огни города приближались, и теперь следовало обдумать, что делать дальше. Как можно в таком виде появиться перед прохожими — растрепанная, грязная, полуодетая, с кожаным ошейником и ржавой цепью вокруг талии!

Жасмин остановилась и туже стянула края блузки, а потом обмоталась цепью, сунула конец за пояс юбки и накинула шаль на голову, чтобы спрятать ошейник.

Днем на нее, конечно, глазели бы как на чудо, но вряд ли узкие улочки Лея так уж хорошо освещены.

Подойдя к торговке травами, она спросила, как попасть в гавань.

— Вон туда, мистрис, на Ист-стрит, — показала инд.

Жасмин, благодарно кивнув, свернула в грязный переулок. Только сейчас женщина сообразила, что в порту может находиться какое-нибудь судно компании «О'Малли-Смолл» и в таком случае она спасена.

Жасмин добралась до причала, туда, где рядом с конторой портового смотрителя висела огромная грифельная доска, на которой мелом были выведены наименования кораблей, бросивших якорь в гавани. Ни одного знакомого! Жасмин едва не заплакала от усталости и разочарования, пока наконец не наткнулась на последнее название. «Лорд Адам»! Маленькое каботажное грузовое суденышко было названо бабушкой в честь мужа, поскольку тот наотрез отказался присвоить свое имя океанскому кораблю, считая подобные вещи проявлением тщеславия.

Жасмин спустилась к самой воде, где покачивался на якоре «Лорд Адам». Кто капитан? Она не могла вспомнить. Жасмин осторожно прошла по сходням на борт. На вахте стоял какой-то подросток, но сквозь окна капитанской каюты пробивался свет. Увидев ее, парнишка встал.

— Женщинам сюда нельзя, мистрис, — заявил он.

— Я Жасмин де Мариско, графиня Гленкирк. Где твой капитан? Я должна с ним поговорить.