Дорогая Жасмин

Карие глаза Адали увлажнились, но он, тут же взяв себя в руки, заявил:

— Нужно позаботиться о ваших нарядах, принцесса. Король уже отправился в путь.

Так оно и оказалось, хотя английские советники умоляли его избегать дополнительных расходов, ложившихся тяжким бременем на и без того скудную казну. На самом же деле им просто не хотелось проделывать утомительное путешествие в Шотландию и обратно. Даже Вилльерз, теперь уже граф Бакингем, намекал на то, что сейчас не время для таких визитов.

— А когда, Стини? — рявкнул король. — Боишься, что все деньги уйдут на поездку и тебе достанется меньше подарков? Умерь свои аппетиты! Я словно лосось, который во что бы то ни стало стремится в последний раз побывать там, где родился когда-то! И больше не смей заговаривать об этом и другим передай, чтобы держали язык за зубами! Первого июня мы выезжаем!

Монарх в приступе небывалого гнева швырнул вазой в голову фаворита, и тому пришлось поспешно отступить.

Королевская прихоть потребовала немалой и тщательной подготовки.

Сначала надо было составить маршрут с таким расчетом, чтобы на пути следования лежали поместья знатнейших шотландских семейств, где захочет остановиться его величество на день-другой. Царедворцам придется самим позаботиться о себе, иначе говоря, вовремя отыскать постоялые дворы, пустые амбары и загоны или попросту разбить шатры в поле. На огромные ломовые телеги погрузили королевскую кровать с матрацем, периной, одеялами, подушками и бельем. Ее будут устанавливать каждую ночь и вешать балдахин в том случае, если хозяин не сумеет предоставить повелителю достойное его ложе. Срочно укладывались гобелены, свечи с подсвечниками, тонкий фарфор и серебро. Поскольку король обожал фрукты, вперед были высланы запасы вишен, персиков, абрикосов, винограда и дынь.

Яков, который не задумываясь покинул родину, чтобы взойти на английский трон, а заодно избавиться от вечно недовольных, сеявших раздоры шотландских дворян, теперь проливал слезы и предавался сентиментальным воспоминаниям.

Королева то и дело раздраженно закатывала глаза к небу. Придворные потихоньку ворчали, жалуясь на неудобства и большие расходы. Наконец кортеж пересек границу. Армстронги, Дугласы, Элиоты, Гамильтоны, Джонсоны, Линдси, Хомесы и Хепберны выехали навстречу под развевающимися знаменами кланов и, перекрывая дикий вой волынок, радостно прославляли повелителя.