Дорогая Жасмин

Генри Линдли тотчас же подчинился и вежливо поклонился матери:

— Мадам, я могу выйти из-за стола? Завтрак был превосходен.

— Можешь быть свободен, Генри, — величественно кивнула мать. — Куда ты собираешься?

— В конюшню, мадам. Надо проведать моего пони.

— Захвати ему яблоко, — улыбнулась Жасмин.

Генри снова поклонился матери и гостю, прежде чем весело помчаться к двери. Индия и Фортейн тоже встали.

— А нам можно идти, мама? — спросила Индия.

— Да, и передайте бабушке, что я скоро поднимусь к ней.

— Хорошо, мама, — церемонно произнесла Индия, и девочки сделали реверанс.

— Индия, — добавила Жасмин, — тебе совершенно не требуется моя помощь! Вы обе идеально приседаете. Словно перед королевой.

Дочери, восторженно переглянувшись, гордо направились к выходу.

— Дети любят вас, — заметил Джеймс. Жасмин удивленно подняла брови:

— Что в этом странного?

— Многие титулованные и знатные матери не обращают внимания на отпрысков, предоставляя их заботам нянь и гувернанток, и сами предпочитают развлекаться при дворе.

— Но моя мать не такова, — возразила Жасмин. — Меня вырастила одна из жен Могола, и хотя слуг у нас было множество, Ругайя Бегум никогда мной не пренебрегала. Я следую ее примеру да еще своей матери леди Гордон. Дети не вырастут порядочными людьми, если лично не следить за их воспитанием и образованием, милорд. И хотя я позволила малышам резвиться на свободе здесь, в Бель-Флер, все же постараюсь, чтобы они не опозорили ни себя, ни меня, когда мы вернемся домой в Англию.

Ребятишки еще малы, и я хочу, чтобы они подольше насладились золотым детством, которое так быстро проходит. Они успеют познать заботы и горести взрослых.

Жасмин величаво поднялась.

— Ну а теперь предлагаю отправиться к маленькому Чарлзу Фредерику.

Джеймс и не подозревал, что у нее так развито чувство долга. В его памяти остались лишь единственная безумная ночь любви, подсмотренная случайно сцена страстных ласк между ней и принцем Генри, долгие прогулки в заснеженном саду ее деда, когда Джеймс собирался жениться на Сибилле, сводной сестре Жасмин.

Столько воды утекло с тех пор, а они по-прежнему были далеки друг от друга. Настало время положить конец отчуждению.

Джеймс Лесли последовал за Жасмин в детскую, где обитал внук короля.

Чарлз Фредерик Стюарт оказался копией отца — такие же красно-золотистые локоны и широко расставленные голубые глаза. Он был в платьице синего бархата, отделанном кружевами. При виде матери лицо ребенка зажглось радостью.