Дорогая Жасмин

Они направились прямо в Аршамбо и уже через полчаса оказались во дворе замка. Жасмин мгновенно соскочила на землю и бросилась к детям, ожидавшим ее на ступеньках крыльца. Наверху стояла мадам Скай с представительным господином, судя по всему, самим графом де Шером. Александр де Савилль пожал Джеймсу руку и пригласил в дом. Граф Лесли расцеловал мадам Скай в обе щеки.

— Итак, Джеймс Лесли, — произнесла почтенная леди, взяв его под руку, — вы покорили мою внучку?

— По крайней мере мы договорились обвенчаться пятнадцатого июня, — сообщил граф.

— Прекрасно! Я рада, что вам удалось образумить Жасмин. Они вошли в элегантную гостиную, и Джеймс заметил, что остальные тактично оставили их наедине.

— Мне необходим ваш совет, мадам, — начал он, — но для этого я должен переговорить с вами конфиденциально.

Скай подняла тонкую бровь.

— Вы просите у меня совета? Как интересно! Значит, сэр, вы все-таки поняли, что я вам не враг?

— Я считаю вас коварной, способной на все, весьма изобретательной и хитрой, но все же я не могу без вас обойтись.

Они устроились на маленьком диванчике, и Джеймс взял ее руку в свою.

— Мне кажется. Жасмин стала стесняться того, что происходит между мужчиной и женщиной в постели. Когда дело доходит до определенных моментов, она сгорает со стыда. Но, насколько я знаю, холодность не в ее природе.

— Хмм, — задумчиво протянула Скай.

— Я искал других причин ее нерешительности, но вижу только одну — она не знала мужчины со дня смерти принца.

— Гром и молния! — воскликнула Скай. — Да что это с девочкой? Вы красивы, хорошо сложены, когда-то делили с ней постель, и вряд ли она находит вас неприятным.

— Нас вынуждают исполнить свой долг, — ответил граф. — Думаю, мне необходимо завоевать ее, мадам Скай, но как ухаживать за женщиной, у которой есть все? Что я могу сделать или подарить ей? Чего она не слышала или не имела? Мы с моей первой женой были обручены с колыбели и привыкли друг к другу.

Скай кивнула. Да, эту досадную неприятность надо уладить как можно быстрее. Неужели Жасмин ведет себя как наивная девственница, воспитанная в монастырских стенах? И это четырежды рожавшая женщина! Невероятно!

— Я поговорю с внучкой, — наконец пообещала она.

— Нет, мадам, умоляю, не нужно. Она умрет от стыда, узнав, что мне известен ее секрет.