Только все это разложила на кровати и отрезала бирки, как в коридоре послышался голос:
– Люб, ты дома?
В зеркале гардеробной отразилось мое заговорщическое лицо.
Закинула волосы за плечи, потуже завязала на талии ремешок пиджака и с королевской осанкой продефилировала в коридор.
– Как тебе мой образ? Красотка, да? – покрутилась перед Герой и гордо вздернула подбородок.
– Где взяла денег? – снимая обувь, буркнул он. Закатал рукава и, игнорируя мой наряд, отправился в ванную.
Я – за ним.
– Гер, тебе что не нравится?
– Нравится, – устало сказал он, и, выключив кран, повернулся.
– Деньги-то где взяла, спрашиваю?
– Сначала идем со мной, – улыбнулась я и потянула его за руку.
Мы вошли в спальню.
– Вот, – я кивнула на свои наряды, разложенные на кровати. – Смотри, какая я у тебя модёна!
И глаза Геры округлились до размера блюдца. Кажется, я даже услышала, как он только что громко сглотнул…
– Любочка, душа моя… – сжав губы, сдержанно сказал он. – Скажи, пожалуйста, кто все это добро проспонсировал?
Я звонко рассмеялась и хлопнула его по плечу.
– Любовник по имени банк! – И чмокнул в щеку этого ревнивца.
– В смысле банк? – нахмурился Гера.
– Я взяла кредит и купила все это, – развела руками я и, процокав на каблуках к кровати, приложила к себе сарафанчик. – Мне идет желтенький, правда?
Его краснеющее лицо явно не сулит ничего хорошего.
– Гер, ты чего, сердишься, что ли?
Отложив сарафан, подошла к нему и, состроив провинившееся личико, принялась поправлять галстук.
– Милый, мне ходить не в чем, понимаешь? Вот и решила: раз у нас сейчас нет возможности купить мне обновки, тогда возьму их в кредит. Подумаешь, каких-то двести тысяч. Четыре месяца будем отдавать с зарплаты, а в октябре, как получим наследство, закроем этот кредит, вот и все.
– Двести тысяч, значит… – вздохнул он, исподлобья глядя на вещи. – У меня сейчас на работе такая задница, что ты вскоре не в обновках будешь щеголять, а в обносках! – крикнул Гера и отпихнул меня от себя.
Я уставилась на него во все глаза.
– Да что случилось-то?
– Деньги не дошли до поставщика, – грубо отрезал он и рывком снял галстук. – Только что встречался с Уланским. Нету денег, говорит, не-ту! И куда они исчезли, никто не знает. – И со злостью швырнул на кровать пиджак.
– Ну… они же не могли пропасть бесследно, верно? Наверное, там просто какая-то задержка, или, может, ушли не на тот счет.
