Райга задумалась о том, может ли она как-то позвать с помощью нее магистра Лина и начала перебирать в уме случаи, когда, по некоторым признакам, у нее это получалось. Но прежде, чем она сообразила, что делать дальше, эльф вышел из портала в двух шагах от нее и невозмутимо спросил:
— Почему ты здесь?
Райга поспешно ответила, стараясь скрыть облегчение:
— Мне кажется, я почувствовала это снова. Тут, за дверью.
Эльф задумчиво смерил взглядом вход в зал, где скрывался Источник, а затем коротко бросил:
— Жди.
Он скрылся в портале и через минуту вернулся вместе с Аллатриссиэлем.
Серый отпер дверь своей магией и отошел в сторону, пропуская Райгу вперед.
— После вас, леди.
Стоило Пламенной шагнуть в зал, как артефакт проснулся сам. Странное зрение позволяло видеть предметы не такими, как обычно. Ее взгляд проник вниз, до самого Источника, и оттуда пришла волна поддержки и предостережения. Аллатриссиэль вошел вслед за ней и начал медленно обходить комнату.
Райга увидела это почти сразу. Крохотный язычок алого пламени прятался в расщелине.
Девушка решительно пересекла зал и вытащила оттуда крупный черный камень, внутри которого трепетал алый огонек. Руку тут же пронзила боль. Прежде, чем она поняла, что делает, камень вспыхнул и начал осыпаться крупными хлопьями пепла.
Аллатриссиэль подошел к ней и укоризненно сказал:
— Ну, вот, зачем? Как я теперь должен определить, кто его изготовил?
Девушка пожала плечами и собиралась уже ссыпать пепел себе в карман, но ищейка перехватил ее руку.
— Нет, уж, пепел отдай хотя бы. Может, Хунта сможет что-то прочесть.
Райга покорно высыпала пепел в подставленный мешочек и спросила:
— Кто мог это сделать?
— А, вот, это нам и предстоит выяснить. Придется еще раз тихо опросить всех адептов и преподавателей. Глиобальд приказал им держаться группами. Если кто-то отлучался, это заметили.
После этого магистр Лин открыл портал в гостиную. Аллатриссиэль распрощался и ушел в Мерцающий лес. Райга задумчиво проводила глазами его высокую фигуру в темно-фиолетовом хьяллэ и задумчиво спросила:
— И у вас, и у него хьяллэ однотонные.
Это что-то значит?
— Да. Что мы потеряли все, и наша жизнь никогда не будет прежней, — бесстрастно ответил эльф. — Это траурные одежды.
“Весь мой род остался на поле боя последней войны с орками, выжили только я Силлириниэль”, - вспомнила Райга его слова.
— Род хлайе Аллатриссиэля тоже погиб? — тихо спросила она.
— Тебе не кажется, что это не твое дело? — холодно бросил эльф.
