Хунта осторожно уложил своего учителя на пол и вскинул руки. Его пальцы вспыхнули синим, а магическое зрение раскрасило мир полосами чужой магии. Силовых линий на крыше было очень много. Он перебирал пальцами по воздуху, рассматривая сложный контур и едва касаясь ключевых точек своим даром, пытаясь вычислить, какая из них начальная. За его спиной раздался хриплый голос Аллтриссиэля:
— Нельзя оставлять девочку одну. Она слишком ценна для королевства.
— И она тратит уже заемную магию. А вам срочно нужен целитель, — не оборачиваясь, бросил Хунта.
— Райга права, чем быстрее здесь окажется ее наставник, тем лучше для всех. Она ученица Серебряной Смерти. Справится.
Учитель больше ничего не говорил. То ли согласился, то ли потерял сознание. Юноша стиснул зубы и потянулся к самому маленькому и дальнему узлу… и ощутил толчок знакомой магии. Цанцуритэль уже нашел начальный ключевой узел и концентрировал силу, выжидая, пока Хунта не найдет точку со своей стороны. Ищейка отбросил все мысли. Теперь ему требовалась полная сосредоточенность.
— Есть! — воскликнул Цанцю, и вокруг его рук закружились целые вихри синей магии.
Линдереллио не отрывал взгляд от ладоней друга и не выпускал из вида ученическую нить. Он не стал отвлекать ищейку и торопить его. Постарался сдержать вращение своего источника и ничем не выдать своего волнения, которое вышло на новый виток. Девочка снова с кем-то сражалась. Тянула заемную магию из источника, даже не подозревая, чем ей это грозит.
Привратники обрушились на щит одновременно.
Сначала попробовали продавить его ударами неподвластных магии крыльев. Райга стиснула зубы и старалась удержать контур заклинания, непрестанно вливая в него магию. Уже не свою. В душе она надеялась, что как только перешагнет какой-то предел, Глаз проснется. Но артефакт, похоже, не считал привратников достойным противником и не отзывался на ее зов. Оставалось ждать, держать щит и надеяться, что помощь придет раньше.
Сначала ломота в правой ладони была почти незаметной.
Девушка списала ее на те усилия, которые приходилось прилагать, чтобы удержать Пламенный щит. Но потом боль начала резко нарастать. Райга покосилась на правую ладонь. Там ее ждал неприятный сюрприз. Тонкие белые шрамы, которые остались от укуса Рёго, подернулись черным ореолом. Линии стремительно утолщались и даже испускали черное сияние. К горлу подкатила тошнота, боль пронзила уже всю руку до плеча. Пламенной пришлось закусить губу, чтобы не закричать.
