Дорогое удовольствие

Густые брови недовольно сведены к переносице, а в мрачном взгляде явственно читается что-то вроде «ну ни хрена себе!» Однако вслух своего возмущения Пеплов не высказывает, а секундой позже и вовсе берет всколыхнувшиеся эмоции под контроль: натягивает легкую полуулыбку и расслабляет лоб.

– Пока, – я наклоняюсь к нему и оставляю на его губах еще один мимолетный поцелуй, а затем, больше не медля ни секунды, вылетаю из машины.

Конечно, это издевка. И, разумеется, он об этом знает. Но я не могу отказать себе в возможности немного подразнить Пеплова, ведь впервые в жизни я ощущаю пускай крошечную и мимолетную, но тем не менее вполне реальную власть над ним и его желаниями.

– Ой, ну наконец-то! Я пипец как скучала! – Астахова наклоняется к моему лицу с явным намерением подкрепить приветствие поцелуем, но я коротко поворачиваю голову и подставляю ее вишневым губам область своей щеки.

Терпеть не могу, когда женщины норовят вымазать мой рот в своей помаде. Это неприятно и отдает дурным тоном. Но Сашка в упор отказывается меня слышать и понимать – так и лезет целоваться с накрашенными губами.

– Привет, садись, – указываю ей на стоящий напротив стул и жестом руки подзываю официанта. – Давно прилетела?

– Сразу, как узнала о твоем чудесном освобождении, – нараспев отзывается она. – А ты, засранец, мне даже не позвонил! Почему я получаю такие новости от посторонних людей?

– Занят был, дел много накопилось, – отвечаю я, не желая пускаться в подробные объяснения.

– Ну ты как всегда! Занят-занят… Мы вообще-то почти пять месяцев не виделись! – она недовольно дует губы, а затем переводит взгляд на подошедшего официанта и принимается озвучивать свой заказ.

Пока Сашка говорит, я окидываю беглым взором ее свежий маникюр, безукоризненную укладку и яркий макияж. Она выглядит хорошо, я бы даже сказал, превосходно. Дорого, стильно и до крайности ухоженно – все, как я люблю. Но все же чего-то в ней не хватает. А чего именно – понять не могу.

– А ты что будешь, Антон? – Астахова вместе с пареньком-официантом уставляются на меня.

– Двойной эспрессо, – сухо бросаю я, отворачиваясь к окну.

Хочется побыстрее провести встречу и отправиться в офис. Оказывается, за прошедшие месяцы я чертовски соскучился по работе. Гораздо больше, чем по Сашке. Но это в целом неудивительно – я долбанный трудоголик, и дела для меня всегда на первом месте.

– Ну что, какие планы на дельнейшую жизнь, Пепел? – Астахова складывает руки в замок и упирает в подбородок.