Дорогой ложных чувств

Они проехали через весь поселок, чтобы остановиться у последнего, стоящего немного поодаль дома. Выполненный из оцилиндрованного бревна, с тонированными большими окнами и верандой, он сразу же понравился Кристине. Фонари на столбах по периметру, невысокая кованая ограда. Правда, только с фасада. Дальше — высокий каменный забор. Дореченцев всё же предпочитал огородить свою частную территорию от посторонних глаз.

Когда Семен заглушил мотор, Кристина вспотевшими от волнения ладонями открыла дверь, и без помощи мужчины выпрыгнула из автомобиля.

Ей хотелось верить, что она независима. И что — да, она гостья. А не пленница, отрабатывающая сумасшедший долг.

Семен так же вышел из машины и сразу же направился к девушке. Решительно взял её за руку и потянул за собой.

— Пошли.

На Кристину нашел ступор, ноги отказывались следовать за ним.

— Семен…

Натолкнувшись на потяжелевший взгляд сердитых глаз, поджала губы.

— Я снова тебя хочу.

От подобного заявления у Кристины что-то дрогнуло в душе. Девушка хотела возразить, сказать что-то едкое в ответ, но ей никто такой возможности не предоставил.

Крепкая рука, сжимающая её узкую ладонь, не оставила ей выбора. Тянула за собой.

Кристина едва поспевала за Семеном. Со стороны они, наверное, выглядели несуразно — большой бугай и она — пигалица, семенящая за ним. Пожалуй, хорошо, что они прибыли в столь ранний час, и никто из поселенцев не видит варварского обращения Дореченцева к ней. Сразу бы пошли ненужные слухи и разговоры. Не хотелось производить негативное впечатление на людей, с которыми предстоит общаться в ближайшее время.

Ладонь Дореченцева была горячей.

Они едва ли не взлетели на высокое крыльцо. Семен из связки ключей выбрал необходимый, быстро открыл дверь, распахнул её рывком. Кристина молча наблюдала за его действия, чувствуя, как сердце в груди убыстряет свой бег.

Он снова хочет её… Огненная лавина заструилась по позвоночнику. Так не должно быть! Её реакция неправильная! Неверная! Физиологические потребности удовлетворены.

Ломка от течки ей не грозит. Тогда отчего столь странная реакция? Откуда взялось уже её тяжелое дыхание? Почему между ног снова увлажнилось? Сумасшествие какое-то.

Кристина, сопротивляясь больше себе, чем Дореченцеву, попыталась освободить руку из его железного хвата.

— Я не согласна, Дореченцев, — прошипела она дикой кошкой.

— Ты передумаешь.

От его не то угрозы, не то обещания, ноги и вовсе стали ватными.

Девушка и мужчина оказались в большой гостиной.