Дорогой ложных чувств

Регенерация из-за неправильного прохождения течки и постоянного приема таблеток практически не проходила. Ещё один побочный эффект.

В своё время она готова была пойти на многое, чтобы противостоять природе. Вот и расплачивается.

Осушив бокал, Кристина вернула его мужчине. Тот, всё время, что она пила, стоял рядом, скрестив руки на груди. Вся его поза была откровенно вызывающей. Показывала, кто тут хозяин положения.

Продолжать разговор он не спешил. Впрочем, как и отходить от кровати.

Кристина настороженно на него посмотрела и задала вопрос, интересующий её больше всего:

— Что произошло?

Спросила тихо, стараясь снова не нарваться на насмешки.

Сегодня было откровенно не до них. Голова раскалывалась, да и соображала плохо, не в состоянии адекватно реагировать на меняющиеся условия разговора.

— Не помнишь?

Мотнула головой.

— Странно.

Этот гад не спешил откровенничать. Продолжал смотреть на неё.

Что б ему неладно было!

— Ничего странного нет, — Кристина протяжно выдохнула и постаралась удобнее устроиться.

С облегчением заметила, что на ней шелковая пижама. Кто её переодевал — девушку не волновало. После того, что с ней произошло, не до стыдливости. — У меня побочный эффект от долгого приема медикаментов.

— Уже в курсе.

Так и хотелось бросить — если в курсе, то какого хрена глумишься?

Но Кристина находилась не в том состоянии, чтобы грубить. Злить большого оборотня не стоило. Девушка догадывалась, что спокойствие Дореченцева — напускное. Одно неверное слово или движение, и его зверь сорвется с цепи.

И для неё вновь наступят не лучшие времена.

Кошка внутри зашевелилась, ещё немного, и она проснется, тогда снова — да здравствует течка. Со всеми вытекающими последствиями.

Волна паники медленно распускала огненный цветок в груди.

Слишком самоуверенным, слишком довольным выглядел Дочеренцев.

— Тогда тем более, ты должен понимать, что со мной происходит, — Кристина ещё на что-то надеялась.

Зря.

— Да неужели? — желваки на скулах Семена нервно дернулись — вот и первая ласточка неумолимо надвигающейся бури.

 — И что я должен понимать? Что ты раздвинула ноги перед первым встречным?

Рычащие нотки, которые проскользнули в конце, ещё больше напрягли Кристину. Дореченцев говорил так, словно имел на неё какие-то права."

"— Нет, — Луна-праматерь, дай ей силы не сорваться. Выстоять. Уберечься от новой беды. Кристина практически никогда не молилась, считала молитвы пережитками прошлого.