Но вскоре мама прекратила готовить завтраки, стала забывать отвозить меня в школу, а пижаму перестала снимать вовсе. И вот уже в нашей семье только я стала заниматься завтраками. И обедами. И ужинами.
Теперь мамы, которую я знала, больше не было. Она исчезла. И вряд ли когда-либо вернется. Но все же, какой бы мама ни была, я не хотела оставлять ее одну. Или с Тони, особенно в торнадо. Однако больше всего на свете я сама не хотела оставаться в одиночестве. Поэтому подхватила телефон и набрала мамин номер. Нет сети.
Вызов завершен.
Я подошла к двери, все еще открытой и болтающейся туда-сюда на петлях, и сделала шаг на улицу, вглядываясь в даль в надежде увидеть красный «камаро», несущийся обратно по шоссе. Едва моя нога коснулась первой ступеньки, послышался свист рассекаемого воздуха, и мимо пронесся пластиковый стул. Я едва успела уклониться, упав на землю, чтобы спасти голову от удара.
Потом на несколько мгновений все успокоилось. Стул неподвижно лежал в грязи в полуметре от меня, будто так и надо.
Начало моросить. Мне даже показалось, что я слышу птичье пение. Но пока я неуверенно поднималась на ноги, вновь налетел порыв ветра. Пыль завихрилась в воздухе, застилая глаза, а дождик перешел в ливень.
Небо было почти черным, а горизонт превратился в размытую облачно-белую линию. И тогда, словно в кино, я увидела его: маленькая темная воронка металась по равнине, вырастая и приближаясь. Низкий гудящий звук, словно рев мчащегося поезда, грохотом отдавался в ушах и груди.
Пластиковый стул опять взвился в воздух и на этот раз больше не падал.
Очень медленно я вернулась в трейлер и захлопнула дверь. Паника нарастала. Защелкнув замок, я на всякий случай подперла дверь стулом, хотя и понимала, что это не поможет. Я прижалась спиной к стене, пытаясь сохранять спокойствие. Трейлер задрожал, будто в него врезалось что-то огромное. Боже, какой же я была дурой, приняв прогноз за шутку! Все жители трейлерного парка разъехались, попросту сбежали. Как можно было этого не заметить?! А теперь слишком поздно.
Поздно уезжать из города, никакие деньги уже не помогут! Машины, чтобы добраться хоть до какого-то укрытия, у меня нет. Маме и в голову не пришло попросить Тони куда-нибудь меня забросить. Я попала в ловушку. А виновата во всем мама, как ни крути. Я даже не могла лечь в ванну. Ее у нас не было, так же, как и подвала.
Голос Эла Рокера, звучавший из телевизора, сменился шумом помех.
— Звездочка? — пискнула я.
