Ариана была в этом не так уверена. Миром правят деньги, и если она не сумеет заинтересовать маленьких читателей и издательство «Талбот паблишинг», о миссис Пеннивинкль скоро забудут. Она обязательно приложит все силы, чтобы такого не произошло.
Это и есть ее единственная маленькая тайна.
– Ну, и каково ее последнее условие? – спросил Марко.
Лазз уже в который раз посмотрел на распечатку электронного письма от Арианы.
– Ты женат, так объясни мне, что это может значить, если жена хочет иметь комнату, в которую мне не будет доступа?
– Но это не означает, что ты не сможешь туда войти.
– Да, верно. Черт, нет! Я не собираюсь туда входить. По крайней мере, слишком часто. – Марко неожиданно засмеялся. Лазз моргнул. – У Кейтлин есть подобная комната?
– Разумеется. Я называю ее ванной, но она устроила там какое-то женское святилище, и упаси меня Бог, если я зайду туда в неподходящий момент.
– Это когда?
– В любое время, когда жена там, – усмехнулся Марко.
– Все шутишь? А ведь я тебя серьезно спрашивал.
– У Кейтлин есть такое местечко, и мне дали понять, что будут совсем не рады видеть меня там. Подобные уголки есть у всех женщин и предназначены они исключительно для них. Чтобы побыть наедине с собой, вспомнить, что значит быть женщиной… Что-то вроде этого.
– Личной спальни ей, значит, для этого недостаточно?
– Если для тебя это такая проблема, откажись от свадьбы.
– Ты мне уже об этом говорил. Николо повторил дважды, а Сев так вообще с полдюжины раз.
– Мы беспокоимся за тебя, – выразил общее мнение Марко.
– Тебе не обязательно жениться из-за идиотского доисторического брачного контракта, который придумал отец. Бримстоун, конечно, редкий камень, но и он не стоит такой жертвы. Мы все так думаем.
– Любопытно, – сощурился Лазз. – Никого из вас, видимо, не печалит, что на меня может пасть проклятие Бримстоуна, если я не женюсь.
– Он приносит несчастье, только если в это верить, но ты же не веришь, – заметил Марко. – Сев поработал над тем, чтобы наши позиции на рынке ювелирных изделий оставались непоколебимыми еще долгое время.
Следовательно, считать, что из-за Бримстоуна в семье Данте не будет счастья, и нам не будет сопутствовать успех, просто глупо.
– А что касается еще одного мифа семьи Данте? О любви с первого прикосновения? – проницательно глядя на брата, спросил Лаззаро.
На лице Марко появилось упрямое выражение.
– Это другая история.
– Разумеется.
– Только не надо сарказма! Ты женишься на Ариане не по любви, и знаешь это.
