Дорожный снайпер

Крячко погасил окурок в пепельнице и тут же зажал зубами фильтр новой сигареты. В его пачке осталось всего две штуки. Он нервно бросил взгляд на часы.

– Если этот псих подстрелит Гурова, я придушу его лично. А заодно и вас, дамочка. Без суда и следствия.

– Это статья, товарищ полковник, – напомнил Бурмистров.

– Закрой рот! – огрызнулся Стас.

Мимо кафе с мелодичным перезвоном прокатился фургончик с мороженым, на левом борту которого красовалась яркая реклама. Кудрявый мальчуган улыбался во весь свой беззубый рот, собрав в охапку не менее тридцати вафельных рожков с разноцветными шариками.

Позади величаво двигавшегося фургона собралась вереница недовольно гудящих автомобилей. Впрочем, водителя фургона это обстоятельство ничуть не волновало. Выставив волосатый локоть в раскрытое окно, он разговаривал с кем-то по мобильному телефону. Солнечные лучи отражались от его широкого позолоченного браслета.

Гуров в очередной раз задал движение руке манекена. Теперь казалось, что бездушная копия Зинаиды Павловны подпирает ладонью щеку.

– Если ничего не произойдет, вы ведь меня отпустите, я полагаю, – сказала настоящая Зинаида Павловна. Она продолжала трясти ногами, действие недавно принятого препарата начинало улетучиваться. – Я имею на это полное право.

Бурмистров отправил в рот новую порцию чипсов. Сигарета Крячко истлела наполовину. Гуров опять склонился над бланком протокола. По его щеке медленно покатилась капля пота. Фургон с мороженым скрылся за поворотом.

– Даже не мечтайте! – зло бросил Крячко.

– Но ведь это… произвол… Разве нет? Вы обязаны…

Ромашова так и не закончила фразу. Никто из посетителей кафе не слышал выстрела. Никто из прохожих на улице – тоже. Не слышали его и сыщики. Они лишь видели, как располагавшийся напротив Гурова манекен опрокинулся набок с простреленным гладким блестящим черепом. Парик приземлился на дощатый пол еще раньше.

– Лева!

Крячко сорвался с места, как засидевшийся без дела цепной пес. Пистолет сам прыгнул в руку Станислава. Официантка испуганно шарахнулась в сторону, опрокинув поднос с кружками холодного пенного напитка.

Гуров быстро и своевременно нырнул вниз, а уже в следующее мгновение новая снайперская пуля прошила насквозь спинку стула, на котором он до этого сидел. Глаза распластавшегося на полу полковника встретились с безжизненными выпученными глазами манекена.

– Стас! Назад! – не оборачиваясь, крикнул Гуров, не столько видя, сколько кожей чувствуя, что напарник вот-вот окажется в зоне обстрела.