Достойны ли мы отцов и дедов

Но ситуация стала развиваться совершенно необычно для немцев. Несколько выстрелов из противотанковых гранатометов уничтожили все бронетранспортеры, которые служили неплохой позицией и защитой для немцев от огня снайперов. В довершение всего с правого фланга затявкал автоматический гранатомет, который густо накрыл импровизированную позицию немцев серией взрывов. А еще один выстрел из РПО поджег и разметал сразу два грузовика. Попав под накрытие минометного огня, немцы, как хорошо подготовленные солдаты сразу стали рассредотачиваться и отступать, чтоб выйти из зоны поражения, и сразу попадали под плотный огонь пулемета и снайперов.

Занятые насущными делами, более свойственным солдатам, немцы уже не обращали внимание, на оставшихся в живых жителей деревни. Многие разбегались, но особенно стойкие бросились к горящему амбару спасать детей.

Все это я видел лежа в пяти метрах от горящего грузовика. Взрывом меня откинуло подальше и очень сильно ударило раненным плечом. Голова стала тяжелой, в глазах потемнело, и сознание медленно стало уходить.

От удара о землю открылась рана, и измученное сильной кровопотерей тело уже не было в состоянии выполнять приказы мозга. Оставалось только лежать и наблюдать. Рядом лежал немец, который меня допрашивал. Обломком машины ему срезало часть черепа. Последнее что я запомнил, когда с фланга по немцам заработали два пулемета, и в ускользающем сознании отпечатался такой знакомый и радостный крик "ура".

Когда я пришел в себя, сначала не понял, где нахожусь.

Картина, которую запомнил последней, слишком отличалась от той, что видел. Возле меня во весь рост стоял старый знакомый старшина Вяткин, облаченный в российский камуфляж, и бронежилет, с автоматом Калашникова, на который был установлен подствольный гранатомет. Невдалеке расположился Марков, в таком же точно наряде, вооруженный ПКМом, который он любовно поглаживал, признавая изящность и превосходство оружия потомков. Там же невдалеке присел Воропаев, имеющий такое же снаряжение, как и остальные бойцы моей группы, только на коленях у него лежал гранатомет, а из заплечной сумки выглядывал последний выстрел к нему. В общем, народ шел на выручку, наплевав на всякую конспирацию, и основательно распотрошив мою гордость — оружейку, которую я собирал достаточно тщательно и долго.

Но все это меркло на фоне того, что рядом оказалась моя благоверная супруга, которая тоже облаченная в камуфляж и бронежилет, вооруженная тем же автоматом Калашникова.