Достойны ли мы отцов и дедов

Не смотря на наше вмешательство и информацию, исторические события развивались в той же последовательности, какаю, мы знали в нашем мире. Ну, разве что, потери от авианалета 2 июля на Могилев были на несколько порядков меньше.

Сейчас я нес пакет с более серьезными сведениями и при более основательном анализе можно заподозрить в Страннике людей из другого времени. Но нам нужно было срочно добиться изменения истории и установить плотные отношения с руководством страны, чтоб покинуть умирающий мир в нашем времени.

Из-за того что порталы были почти постоянно включены, энергетические запасы бункера сократились в разы. И продержаться в нем в долгосрочной перспективы уже возможности не было.

Пришлось долго готовиться к этому выходу. Я понимал, что это не шутки уже, и серьезная боевая операция и столкновение с немцами неизбежно. Это был практически финальный выход. С женщинами договорились о порядке связи и о порядке включения портала, на случай если я не вернусь к крайнему контрольному сроку. И что делать, если я совсем не вернусь.

Такой исход, конечно, всех не устраивал. Но у меня была идея в свое время пощипать немцев на предмет горючего, в котором бункер ощущал не сильный, но уже дефицит. Была правда пара резервных вариантов, про которые я не стал раскрывать заранее, что бы, не выслушивать упреков и не видеть слез.

Вот таким вот образом я обвешанный оружием, кинулся помогать нашим бойцам, напоровшихся на немецкую мобильную разведку.

В Москве Берия получив и проанализировав последнюю посылку, наконец-то решился пойти с докладом к Сталину.

Информация была слишком серьезная. Последнее сообщение из Могилева гласило, что Странник вышел на связь через узел связи 61-го стрелкового корпуса с сообщением о очень важной информации. Это было очень хорошо. Одно описание шифровальной машины «Энигма» и рекомендации по дешифровке сообщений вызывали радостное ликование грозного наркома.

Но в этих сообщениях что, ни лист, то государственная тайна или открытие. Кто же они эти Странники.

Киселев, человек Меркулова, посланный для работы с курьером, утверждал, что Странник это один человек, скрывающийся под псевдонимом лейтенанта ГУГБ НКВД Зимина. Но Лаврентий Павлович не верил в это, не может один человек собирать анализировать и выдавать такую точную и важную информацию. Значит это организация, которая пока на их стороне. Вроде как свои цели и задачи они определили однозначно, но такая уж работа у наркома внутренних дел — не верить.