Вот как раз они и помогли остановить танковое наступление, поставив свои 76мм зенитки на прямую наводку и уничтожив около десятка танков. Пока немцы увязли в дуэли с зенитной батареей, которая к концу боя была практически уничтожена, мы сумели запустить установку постановки помех. Немецкий напор был все еще силен, но не так эффективен. Неслаженность действий стала сказываться. К переднему краю, на нескольких машинах, подвезли ящики с новым зажигательным составом. После чего несколько танков весело и чадно задымили.
Остальные танки начали, откатываясь назад, постреливать по позициям советской пехоты. Слева ожили два зенитных орудия. Мощные 76мм пушки эффективно боролись с немецкими танками. Появление авиации противника положило конец такой вот противотанковой идиллии. Зенитные орудия не успели развернуть и они исчезли в дыме разрывов авиабомб. Пехота пыталась отстреливаться, но огонь был малоэффективен. Минут двадцать «лаптежники» ходили у нас по головам. В это время танки снова контратаковали. Забитая и оглохшая пехота не смогла противостоять.
Снова прорыв и танки утюжат окопы. Я в это время находился недалеко от КП полка и видел всю эту картину. Чувство бессилия, когда видишь избиваемую пехоту, охватило не одного меня. Перевес сил был такой, что установка постановки помех уже не помогала. Немецкая пехота добралась до окопов и началась качественная зачистка. Комполка собрал всех, кого можно было, ездовых, штабных писарей, поваров и бросил их в безрассудную контратаку. Расхватав бутылки с моим эрзац напалмом, бойцы с криком и матом бросились на танки.
Поддавшись общему энтузиазму, я тоже схватил пару бутылок, свой ППД и бросился со всеми на немцев. Никогда я не испытывал такого настроя, такой ярости и презрения к смерти. Было только одно желание добежать и убить.
Быстро редеющая толпа добежала до окопов, и немецкие танки начали вспыхивать один за другим. Многие начали бросать бутылки в немецкую пехоту, и на наших старых позициях раздался душераздирающий вой. Все заволокло черным дымом.
В траншеях началась рукопашная схватка. Я бежал на левом фланге, и получилось, так что немецкий танк с фланга расстреливал атаку из курсового пулемета. Я был вне сектора его обстрела, и не добегая метров десяти зажег шнур и метнул бутылку. За моей бутылкой в танк полетело еще две. Повернув голову, увидел возле себя Виктора, своего охранника из осназа НКВД. Танк вспыхнул как бочка с бензином. Из-за танка по нам заработал MG-34 и несколько бойцов сразу упало.
