Доступ к телу

Без дури, без болезненных ощущений, но, когда ты понимаешь, что тебе конец, потому что теперь он будет двигаться, он не остановится, он нашел такой темп, от которого тебе снесло мозги. Уже не вырваться, уже не выбраться – он везде и с каждым ударом все глубже.

– Да, моя хорошая, да…

Он занимал мое тело, он постепенно занимал всю мою душу. Он трахался, как бог, когда женщина беспомощна, когда он дает, а она принимает, когда глаза в глаза, когда ты понимаешь – он опять победил…

Я билась в его руках раненой птицей и раздраконенной кошкой, а Гранд делал такие последние толчки внутрь, что шах и мат, что ты сдался до того, как провалился в пропасть, сладко спазмируя.

А его руки все еще на твоих волосах – сильные руки, выпуклые вены. И подушечки пальцев на твоем пульсе.

Мы бы лежали в той спальне, которую я из-за закрытых ставней и отсутствия в ней света не могла даже рассмотреть, и дальше. Но завибрировал в кармане джинсов телефон, и Гранд вышел в коридор.

Я отыскала его майку, надела ее (она доходила мне почти до колен) и теперь стояла у окна в пол на втором этаже.

За стеклом заснеженный балкон, за балконом, если проскользить взглядом по верхушкам деревьев, обрыв. Тот самый, наверное. Дом на возвышении – бесконечно удачное место, чтобы наблюдать красивейшие закаты; пейзаж расстилается такой, что хоть на календарь. И загадочная расщелина, ведущая в никуда. Интересно, другой стороны все-таки можно достичь или нет?

Он подошел почти неслышно. Обнял меня размякшую, разомлевшую, уткнулся носом в макушку, большие ладони под грудью.

Все так естественно, будто мы каждый день стояли здесь – я босыми ногами на ковре, Гранд, прижавшись сзади. С ним было очень тепло и очень спокойно.

– Это она? – спросила я, глядя на обрыв.

Пропасть между уровнями. Или просто конец одного, а дальше ничего.

– Сходим посмотреть?

– Возможно. Но сейчас я должен идти, нужно помочь вытащить машину.

Я развернулась, и Гранд подушечкой большого пальца провел по моим губам. Опухшим от поцелуев, чувствительным.

Взгляд темных глаз не такой полыхающий-дикий, как тогда, когда мы только вошли в коттедж, но тлеющее-горячий. Да, пламя в этом мужике способно разгореться за секунды, и тебя снесет отдачей. Просто посмотришь на него, просто распахнешь ротик и раздвинешь ноги.

«Тебе, наверное, все дают?» – хотелось сказать, но я не сказала. Знала, что ответ будет жестким, если вообще будет. Чувствовалось, что тот, кто стоит напротив меня, всем подряд себя не дает.

– Есть хочу очень.