Дотянуться до звёзд

Я принял душ, оделся, съел энергетический батончик и выпил воды. Я страшно устал, и на соревнования мне было совершенно наплевать.

– Соберись, Тёрнер, – пробормотал я. – Твои фанаты ждут тебя, точнее, твой единственный фанат.

Однако Коннор еще спал. Очевидно, если он и явится на соревнования, то за минуту до начала первого забега.

Я помедлил у двери, гадая, придет ли Коннор вообще или он до сих пор обижен из-за моего отказа помочь ему с Отем.

Я посмотрел на его телефон, по-прежнему лежавший на столике.

«Сегодня утром я определенно тебе помог».

Какая ирония. Счастье Отем для меня настолько важно, что ради него я готов пожертвовать собственным, даже если для этого придется вложить в уста Коннора мои слова. Мои мысли на листе бумаги, подписанные его именем. Ответы на сообщения Отем помогут ему хорошо выглядеть в ее глазах, но и сам я чувствовал себя лучше, зная, что поддержал ее.

Даже если она никогда не узнает правду.

Моя машина завелась с третьей попытки. Слушая хриплый кашель мотора, я стиснул зубы.

– Если ты сейчас сдохнешь, это будет весьма некстати, – сказал я автомобилю.

Несколько минут я ждал, пока мотор хорошенько прогреется, потом вздохнул с облегчением, но мой вздох быстро перешел в зевок. По дороге машина то и дело «кашляла», но до стадиона меня все-таки довезла.

Я зашел в раздевалку – там уже собрались мои товарищи по команде и тренер Браун. Остальные ребята болтали и смеялись, делали растяжку. Двое кивнули мне, когда я вошел, и я кивнул в ответ.

Выдав команде свои обычные наставления, тренер Браун отвел меня в сторонку.

– Сегодня приехали ребята из НССА, Уэс, – сказал он, кладя руку мне на плечо. – Еще рано, сезон только начался, но, раз уж ты на стипендии, для тебя это может быть весьма удачно.

Я вывернулся из-под его руки, а в голове у меня одно за другим всплывали всевозможные ругательства.

– Правда? – спросил я. – Сегодня.

– Я только что об этом пронюхал. Не хочу тебя пугать, но один из них контачит с районным Олимпийским комитетом.

– Вы вроде не хотели меня пугать.

Больше я ничего не сказал, и дружелюбная улыбка тренера померкла. Он ушел.

Моя стипендия уже закончилась, и я понятия не имел, как буду оплачивать последний год учебы в Амхерсте. И вот впервые в жизни я не выспался накануне соревнований, и в тот же день к нам пожаловали ребята из НССА.

Я рывком затянул узел на кроссовке.

Небо заволокло тучами, похолодало. Я попрыгал, пробежался на месте, чтобы разогреться.