Дотянуться до звёзд

Уэстон вскинул голову и оглядел толпу, нашел взглядом Коннора, показал тому средний палец, потом заметил меня. Я помахала ему рукой. Секунду Уэстон смотрел мне в глаза, потом снова начал делать растяжку.

– Старина Тёрнер как всегда само обаяние, – сказал Коннор и рассмеялся.

– Почему он держится в стороне от остальных членов команды? – спросила я.

– У Уэстона не получается работать или играть с другими.

– Не жалей его, – хмыкнул Коннор. – Сначала погляди, как он бегает.

У меня в груди потеплело: Коннор смотрел на друга с любовью и гордостью.

Тренер команды Амхерста собрал всех своих подопечных в кружок. Только Уэстон остался стоять в стороне, уперев руки в бока: он слушал все, что говорил тренер, но не подошел, когда члены команды громко завопили: «Впере-е-ед, мамонты!»

Первый забег был на шестьдесят метров. Уэстон встал перед стартовой чертой вместе с другими восемью бегунами, один из которых тоже был из команды Амхерста. Я обнаружила, что стою у самого края трибуны и кусаю нижнюю губу, глядя, как бегуны занимают каждый свою позицию, пригибаются к земле, упираются пальцами в дорожку.

Вот они все разом выпрямили ноги, не отрывая пальцев от земли. Стадион напряженно замер, а в следующую секунду грянул выстрел. Участники забега сорвались с мест, и мы закричали, подбадривая их.

Девять молодых людей мчались плечом к плечу, издалека они походили на одно многоногое существо. Уэстон немедленно вырвался вперед, и в считаные секунды гонка закончилась. Его товарищи по команде хлопали в ладоши и обменивались рукопожатиями, но только один из них подошел к Уэстону и что-то сказал.

Тот в ответ кивнул, упер руки в бока и глубоко, но не тяжело дышал.

Наверное, если бы на поле сейчас был Коннор, Уэстон уже оказался бы в медвежьих объятиях, вне зависимости от того, хотел бы он этого или нет.

На табло высветились фамилии и время.

Участник, занявший второе место, пришел к финишу с результатом 7.14.

– Ничего себе, – пробормотала я.

Коннор ослепительно улыбнулся.

– Мировой рекорд составляет шесть секунд тридцать девять сотых.

Мой мальчик очень быстрый. – Он опять сложил ладони рупором и завопил: – Так держать, Т!

Уэстон не улыбнулся, но и средний палец Коннору не показал.

Коннор повернулся ко мне.

– Хочешь чего-нибудь выпить? Лимонаду?

– Это было бы очень кстати, спасибо, – ответила я.

Он повернулся к Руби.

Я потянулась к своей сумочке.

– Все в порядке, – сказал он. – Сиди на месте. У нас есть немного времени до следующего забега Уэса.