Доверие

Сдерживаю дрожь, однако мои соски затвердевают и выпирают из-под майки. Я скрещиваю руки на груди. Не знаю, заметил ли Джейк. Секунду спустя он проводит пальцем по своим губам.

– Что… – произношу сдавленно и прокашливаюсь. – Что ты здесь делаешь?

На втором этаже включается музыка. «Devil in a Bottle». Джейк продолжает сидеть молча. Понятно, в кого пошел Калеб. Не разговаривать и не общаться – это разные вещи.

Я подхожу к островку, чтобы хоть как-то оградить себя.

– Где твоя… подруга? – спрашиваю тихо.

Все женщины приехали с гонки вместе с нами, так что ему, похоже, пришлось отвезти ее в город.

– Не в настроении? – дразню я.

Вместо улыбки он склоняет голову набок. Что-то мелькает в его глазах, отчего мой желудок куда-то проваливается.

Джейк не начал читать мне нотации. Почему? Я расхаживаю по дому практически раздетая, в трусиках. Почему он не рявкает, чтобы я оделась? Или пошла спать?

– Я проголодалась, – поясняю, не в силах посмотреть ему в глаза.

И снова мужчина просто сидит, не сводя с меня глаз.

Правда, он не говорит «нет» и не отправляет меня одеться.

Но Джейк этого не говорит.

Я отступаю назад. Несмотря на бешено колотящееся сердце, чувствую себя дерзкой, поворачиваюсь к холодильнику, откуда достаю яйца. Бросаю вызов сама себе, уверенная, что он в любой момент на меня наорет.

Осмелев, обхожу вокруг островка и беру сковороду, все еще ожидая крика.

Джейк молчит. Мои глаза горят. Может, я нарываюсь на скандал.

Или мне просто нравится, когда на меня смотрят.

Я не собираюсь возвращаться в свою комнату.

Не включая свет, двигаюсь по темной кухне. Ставлю сковороду на печку, растапливаю масло, взбиваю яйца. Добавив немного чеснока и креольских специй, чувствую на себе его взгляд. Он следит за каждым моим движением. Понятия не имею, как выглядят мои волосы после сна и истерического пробуждения, но мне нравится, как они спадают на спину и плечи. Такое ощущение, будто меня кто-то обнимает.

Мои тонкие шелковые розовые трусики обтягивают ягодицы, резинки-бикини сидят ниже талии, оставляя обнаженной пятисантиметровую полоску кожи между ними и серой камисолью.

– Почему ты не спишь? – спрашивает Джейк хриплым голосом.

Перемешиваю яичницу на сковороде.

– Кто уснет в таком шуме?

Калеб, возможно, меня бы не потревожил, а вот Ноя не услышать невозможно.

Смотрю на Джейка.