Доверие

Куда и когда он ушел?

Не в состоянии контролировать свои страхи, тяжело дышу. Глаза наполняются слезами.

Приблизившись, Ной кладет руки мне на плечи.

– Давай не будем торопиться с выводами. Нам пока ничего неизвестно.

Я отстраняюсь, подхватываю одну из винтовок и проверяю, заряжена ли она. Снаружи вновь гремит гром, снег хлещет в окна.

– Мы никуда не пойдем в такую погоду.

– Ной! – Резко разворачиваюсь к нему лицом. – Калеб не стал бы добровольно бродить по лесу во время бури. А вдруг он ранен или…

– Если уйдешь, тебе крышка! – рычит Ной.

Он прав. Я понимаю, что Ной прав, но неужели он всерьез думает, будто я смогу просидеть здесь всю ночь? Как он может?

Бросаю взгляд на дверь.

Что, если на Калеба напал волк или медведь? Вдруг он замерз и умирает?

В голове крутятся мысли о побеге.

– Даже не думай, – огрызается парень, сняв куртку, и принимается разводить огонь в печке.

Закрыв глаза, усаживаюсь перед окном, намереваясь до утра ждать Калеба.

Я зеваю. Веки и руки весят словно десять тонн. Накрыв ладонью груз, давящий на мою талию, понимаю, что это рука Ноя. Он лежит, обнимая меня сзади, на одной из кроватей. Прогоняя сон, моргаю. Я уютно прижимаюсь к его телу, до сих пор одетая в джинсы, свитер и шерстяные носки.

– Привет, – сонно произносит парень.

– Гроза закончилась? – спрашиваю, повернув голову.

– Да. – Он усиливает хватку. – Послушай.

Навострив уши, отмечаю монотонный шум капель, стучащих по стеклу, металлической крыше и китайским колокольчикам, висящим на крыльце. Звук отличается от снегопада.

– Представляешь? – шутливо спрашивает Ной.

Ветер утих, град тоже уже не бомбардирует крошечный домик.

Дождь. Не снег. Значит, снаружи не очень холодно.

– Снег не станет скользким из-за дождя?

Он поднимается, громко зевнув.

– Скорее всего, это значит, что снега в принципе выпало не так уж и много.

Встав с постели, парень надевает рубашку, а я принимаю сидячее положение, заправив волосы за уши. Как он не замерз в одних джинсах? Огонь помог, но вчера в комнате все равно было холодно.

Ной натягивает куртку, швыряет мне злаковые батончики, которые мы принесли с собой, после чего тянется за удочкой.

– Оставайся в кровати, поешь и попей. Я поймаю что-нибудь на завтрак, и будем выдвигаться.

– Мы не пойдем домой.