Доверие

Отвернувшись, Калеб заканчивает мыться, словно меня здесь нет. Выключает воду, подхватывает салфетку и начинает вытирать лицо, шею. Потом проводит тканью по макушке, заглаживает волосы назад, вытирает мокрые локоны.

Что с ним такое? Почему он не отвечает?

Парень поворачивается ко мне, швырнув салфетку в раковину, встречается со мной взглядом и слегка склоняет голову набок. Я едва сдерживаю смех. Этот жест делает его таким невинным, похожим на любопытного щенка.

Правда, когда он вновь опускает глаза к моему животу, его грудь начинает взыматься и опадать чаще, и я сжимаю бедра вместе.

У меня перехватывает дыхание. Я смотрю на себя и вижу разорванную футболку. Все это время…

Двинув рукой, задеваю пальцами свою гребаную грудь и перестаю дышать. Насколько возможно, стараюсь опустить край футболки, после чего пячусь назад, готовясь рвануть по лестнице.

Как только я двигаюсь, он тоже двигается, приближаясь ко мне. Капли воды мерцают на его коже.

Шумно вздыхаю. От страха в животе затягивается узел.

Он прижимается к моему телу, одну руку кладет на талию, второй опирается на стену у меня над головой, касается лбом моего лба и смотрит в глаза. Объятие настолько интимное, что кажется, парень сейчас меня поцелует, однако этого не происходит. Открываю рот, чтобы сказать что-нибудь. Его дыхание, горячее и пьянящее, овевает мои губы, и комната словно кружится.

Калеб такой холодный, а мне жарко. Вот-вот в пот бросит.

Потянувшись к ленте, которой заплетены мои волосы, он пропускает ее сквозь пальцы, затем поднимает мой локон и нюхает. Наклонив голову, проводит носом по моему уху, линии роста волос, лбу. Глубоко вдыхает, чувствуя мой запах.

Это странно, но я не могу пошевелиться. Дрожу, потому что удовольствие от его действий заставляет тело реагировать. Мои соски напрягаются, трутся о ткань футболки. На миг я закрываю глаза, наслаждаясь электрическими разрядами, пробегающими под кожей.

Я должна оттолкнуть его.

Хотя по какой-то причине не получается поднять руку.

– Я, эм, – произношу сдавленно. – Не думаю, что тебе стоит…

Не отстраняясь от моего лба, с пылающими глазами он расстегивает свой ремень и джинсы.

Ого, что? У меня челюсть отвисает.

– Подожди, стой. – Я упираюсь ладонями ему в грудь. – Ты не можешь… Что ты…

Калеб лишь прижимается ко мне, тяжело дыша и слегка оскалившись.