— Какого черта я делаю?
Брэнди/Мэнди проводит ладонью под воротником моего пальто, ресницы трепещут.
— Меня, примерно минуты через две.
Я мотаю головой, ощущая как все внутри сжимается от напряжения. Упираясь ладонями в холодную кирпичную кладку витрины магазина, перед которым мы остановились, я делаю один глубокий вдох за другим. Я прижимаюсь лбом к стене, пару раз легонько стукнувшись об нее для более сильного эффекта. Может, это вобьет в меня хоть немного здравого смысла.
— Мне жаль. Я не могу этого сделать.
— Что? Ты сам захоте…
— Это была ошибка, — я беру ее за руку и веду обратно по улице, к бару. — Пойдем. Я отведу тебя обратно.
Она едва поспевает за мной, и когда она смотрит на меня краем глаза, я вспоминаю, почему она зацепила меня. Потому что, хотя она едва знает меня, она видит во мне человека, а не только билет в богатство.
— Ты в порядке?
— Я… я… я не знаю. Я облажался."
"— Ты можешь это исправить?
— Я не знаю, как исправить свое прошлое.
Она ухмыляется.
— Плейбойские похождения дают о себе знать?
— Да, — я со стоном закрываю глаза, когда позади выкрикивают мое имя, и слышу людей, пытающихся догнать нас, вижу вспышки фотокамер.
— Чертовски безжалостно, — бормочу я.
— Картер! Сюда!
Как только мы доходим до бара, перед глазами все становится абсолютно белым. Я ослеплен вспышками камер.
— Первая девушка, с которой тебя видели в этом году! Оливии больше не будет?
— Кто эта прекрасная девушка?
Защищая глаза от яркого света, я тянусь к двери.
Вот только Мэнди хочет поговорить.
— Сэнди, — говорит она им с ослепительно улыбкой, махая в камеру. Хм. Я был близок. — Через — и. Сэнди с и. — Да емае.
Я дергаю ее за руку.
— Пойдем, — мне нужно пойти домой и прикрутить себе голову, пока она не взорвалась.
— Значит, слухи не были правдой? — кричит репортер. — О тебе и Оливии? Она была не более чем еще одной…
— Хватит! — рычу я, поворачиваясь к камерам. По моей коже будто ползут мурашки, костяшки пальцев сгибаются, а в груди бушует ярость такой силы, что я не знаю, как с ней справиться.
Она сотрясает все мое тело, пытаясь вырваться, и я ей позволю, если они хоть еще раз произнесут ее имя. — Хватит об Оливии! Перестань произносить его своим чертовым ртом!
Сэнди пихает меня в дверной проем.
— И чтобы вы знали, — кричит она, — здесь ничего не происходит. Он вел себя как джентльмен и проводил меня обратно в бар. Найди настоящую работу.
— Э-э… — я моргаю, глядя на нее. — Спасибо.
— Без проблем.
