Не получив его, я вскидываю руки вверх. — Ладно. Идите. Но все, кто завтра опоздает, будут делать берпи.
Прижав руки к груди и нервно постукивая одной ногой, я смотрю за тем, как все мои ученики приветствуют мою лучшую подругу. Я бы хотела сказать, что это происходит впервые, но это не так, и это не последний раз. Кара сама устанавливает себе расписание, а мой директор в нее влюблен, поэтому она слишком часто приходит в спортзал.
Кара одаривает меня тем, что она считает очаровательной улыбкой и направляет обе руки в сторону моего кабинета.
— Пройдите в мой кабинет, мисс Паркер.
— Это мой кабинет, — ворчу я, а затем бросаюсь вперед в безуспешной попытке опередить ее.
Она опускается на мой стул, покачивается взад-вперед, локти на столе, пальцы сцеплены перед лицом.
— Чем я обязана такой чести?
— Ты невероятно раздражаешь, знаешь?
Она улыбается.
— Знаю, но я подумала, что мне пора нанести рабочий визит. К тому же эти дети меня любят."
"— Потому что каждый раз, когда ты появляешься, они освобождаются от урока.
— Из меня вышел бы отличный учитель, — ее глаза сверкают, и то, как они задерживаются на мне, меня нервирует. Кара всегда видит меня насквозь. — Какие у тебя планы на эти выходные?
— Эти выходные?
Она кивает.
— Эти выходные. Ты не сможешь игнорировать его, ты знаешь. Он будет там.
Я опускаюсь на стул напротив своего стола, закидывая ноги на подлокотник.
— Кому, черт возьми, удается организовать такую сумасшедшую вечеринку всего через две недели после помолвки? — я не упоминаю, что завтра вечером у нас с Картером должно было состояться свидание в кино.
Кара улыбается, осматривая свои ногти.
— У меня есть связи.
Ее связи — это собственное ивент-агентство. Ее не остановить, когда она планирует вечеринки, или когда ей нужно что-то, чего у нее нет, скажем, за такой короткий срок отыскать место, которое сможет обслужить сто человек. Она знает, как быть настойчивой. И речь не о кокетливости, речь об абсолютном ужасе.
— Вообще, он шафер, так что на свадьбе вы будете идти к алтарю вместе.
Я мямлю ругательства в ответ, отчего Кара улыбается.
— Да ладно. Что у тебя на уме? Ты так много держишь в себе. Давай, поговори со мной.
Мои зубы прикусывают нижнюю губу.
— Я знаю, что у них с этой Сэнди ничего не было, и знаю, что он может быть с кем хочет, ведь это я ушла. Но все равно страшно, понимаешь? Он хотел с ней переспать. Это был его рефлекс, — мой голос понижается.
