Я вижу роскошный, полностью черный внедорожник.
— Я знаю, что ты заказал самый дорогой вариант.
Он пожимает плечами, смущенно улыбается.
— Докажи это, малышка.
Я хихикаю.
— Спасибо за сегодняшний день, Картер. Было весело.
Он кивает, и останавливает меня, когда я тянусь к двери.
— Подожди. Что ты делаешь в канун Нового года? У нас вечеринка с командой. Кара и Эммет будут там. Может, ты придешь?
— О, я не…
— У тебя уже есть планы?
— Ну, нет, но…
— Тогда ты придешь, — он как щеночек поднимает лапки, когда я открываю рот, чтобы возразить.
— Пожалуйста, Олли. Это будет весело, — он делает шаг к дверце машины. — Ты не уйдешь, пока не согласишься.
Я закатываю глаза.
— Ладно, хорошо. Я приду.
Он ударяет кулаком по воздуху.
— Ага!
— Это не свидание, — быстро напоминаю я ему, толкая его в плечо.
Он качает головой, подняв руки вверх.
— Не свидание, — он открывает дверь и жестом предлагает мне забраться внутрь, а затем пристегивает меня. Он кладет коробку с булочками с корицей мне на колени и отступает назад, почесывая затылок.
— Эм, Олли?
— Да?
— Прости, что расстроил тебя в пятницу вечером и заставил почувствовать себя брошенной.
Мой рот искривляется.
— Мне жаль, что я действительно бросила тебя.
— Но не жаль, что ты ревновала.
— Я не ревновала.
Картер ухмыляется.
— Тебе так идет зеленый цвет.
— Заткнись, — я улыбаюсь ему. — Увидимся в канун Нового года.
Он кивает.
— Не свидание.
— Не свидание, — повторяю я.
Он закрывает дверь, стучит двумя пальцами по стеклу и кричит: — Это свидание!
ГЛАВА 9
СОБАКИ > ДЕВУШКА НА РОЖДЕСТВО
Рождество я люблю и ненавижу.
Это было мое любимое время когда я рос. Да, это был не просто праздник, это был целый чертов сезон.
Он начинался в ноябре, когда воздух в Ванкувере остывал настолько, что мой отец включал печь. Рождественская музыка из стереодинамиков в нашей гостиной по всему дому, начинала играть сразу после Дня памяти павших10. Мы едва успевали снять украшения к Хэллоуину, как мама доставала с чердака все коробки с надписью «Рождество».
Она начинала марафон праздничной выпечки с шоколадных шариков, с начинкой в виде арахисовой пасты, хоть и прошлым Рождеством она клялась, что начнет позже. Чем раньше она начинала, тем больше мы ели, а за две недели до Рождества она паниковала, сходя с ума от того, что ей нечем было нас удивить.
Но больше всего я любил первое воскресенье декабря. Мы были занятой семьей, всегда в движении — я и моя сестра даже в детстве профессионально занимались спортом.
