– Так Волков же ее отец! Если бы он выбрал дочь?
– Мне похуй.
Паша с аппетитом ест плов. Я вновь начинаю ковырять пирог.
– Так они видели фото или нет?
– А какая разница?
– Паш…
Он осекает взглядом, и я послушно опускаю глаза, соглашаясь.
Мы не предохранялись в том цикле и новый начали, позволяя страсти затмевать глаза. Через раз забывая о защите. Я могу забеременеть в любой момент. И в очередной раз убеждаюсь, что, когда дело касается меня, Павел не пойдет на компромиссы.
Надеюсь, Лида не выдержит вида кольца на его пальце и счастья на лице и тоже уволится.
Она в отделе оптики торчит, но все же. Пусть их с Вероникой не будет в нашей с Пашей жизни. Они обе – прошлое.
Дверь кафетерия хлопает. Я невольно перевожу на нее глаза и сжимаю зубы.
Отец с Оливией. Вот же безумный день!
Павел смотрит на моего отца выразительно. Он заведен довольно сильно и может не сдержаться. Боже. Самое неудачное время для разборок! Огрести могут все!
Папа подходит. Оливия следом. У нее покрасневшие глаза."
"Паша встает и протягивает руку.
Он абсолютно серьезен. Нижняя челюсть напряжена. У меня дух захватывает, когда он такой.
Ладони сжимаю умоляюще.
Папа отвечает на рукопожатие.
– Можно к вам присоединиться? – спрашивает он. – Если это будет удобно.
Голос другой. Настолько неуверенный, что пробирает. Таким я отца еще не видела. Папа опускает глаза.
– Я тут бумаги принес. – Он показывает. Рука слегка дрожит или мне кажется? – Волков всучил. Ничего не понял. Что с моей сестрой?
– Присаживайтесь. Я вам кофе куплю и все объясню, – нейтрально произносит Павел.
Без агрессии, но и не доброжелательно. Хотя и это уже неплохо. Да ведь?
Он идет к стойке.
Папа с Оливией садятся за стол.
– Папа, спасибо, – шепчу я. Знаю, для него это тоже непросто.
– Я не могла сказать, – тоже шепчет Оливия. – Диана, он женат был! Его могли посадить. Я должна была защитить, поэтому молчала. Не думала, что все так будет. Мне было страшно.
Она вновь закрывает лицо руками.
Отец дергается. Мой пульс частит.
– Папа, спасибо, – повторяю быстро, демонстративно игнорируя сестру.
– Павел хороший, он не будет держать зла. Он… мой любимый человек. Ты все правильно делаешь.
– Ладно уже, – перебивает отец. – За свои поступки нужно нести ответственность. Мы ведь нормальные люди.
– Мне и правда очень жаль, – вновь шепчет Оливия.
– Олив, – говорю я, – тебя я на свадьбе не жду. Ты Паше много зла принесла. Прости, если прозвучит обидно, но я не хочу тебя видеть. По крайней мере… пока.
