Онлайн-библиотека книг
Его прямой взгляд она, бедная, переносила с трудом.
Сатоев криво улыбнулся своим мыслям и обвел хмурым взором гостей за столом. Вот Вахид взахлеб рассказывает что-то своему соседу, дяде Махмуду, громко смеется и то и дело бросает довольные взгляды в сторону Хабиба и притихшей Патимат. Вот Аслан, старший брат Пати, друг детства Хабиба, поймал проносящегося рядом своего младшего сына и усадил к себе на колени. Поднял голову и улыбнулся Сатоева, помахав ему детской пухлой ручкой ребенка.
«Эх, если бить будет, то не этим кулачком, а левой своей – она у него хорошо поставлена…И не ответишь ведь – за дело!» – невольно с тоской подумал Хабиб, разглядывая Аслана, невысокого, но жилистого и крепкого мужчину.
Мда…Ну, один раз и по морде получить можно…Не беда. Стоит того. Вздохнул вновь громко и протяжно и повернулся к невесте."
"– Патимат, выйдем давай, – предложил тихо Хабиб.
– Что? – она тут же побледнела опять как мел и бросила в сторону отца сиротливый взгляд.
Но Хабиб уже вставал, отодвигая ее стул прямо с сидящей на нем оцепеневшей девушкой.
– Давай- давай, поговорить надо.
– Л-ладно, – Патя встала, аккуратно оправила юбку и пошла в сторону спален.
А Хабиб конвоиром за ней, провожаемый одобрительными взглядами всех присутствующих.
21.
Вставать не хотелось. Зачем?
Улыбаться остальным. Держаться. Делать вид, что мне не плохо, когда мне так муторно, что тошнота ощущалась физически. Нет, это была не острая боль, не непереносимое страдание.
Да, жить можно. Как и есть безвкусную кашу, чтобы утолить голод.
Радовало одно – я точно знала, что это пройдет. Ведь ничего такого не случилось. Просто одно наложилось на другое, и все вместе так неожиданно погребло меня под лавиной переживаемого уныния.
Вчера я поменяла билеты. Решила, что улечу домой сегодня, третьего января, и не буду оставаться на все выходные.
Внизу галдели одногруппники, по всей видимости собирающиеся на склон.
