Но когда я смотрю, как она откидывает голову назад и улыбается, полностью в своей стихии, я не могу даже немного разозлиться.
— Итак, Лейкин, — Таннер почти кричит, перекрикивая музыку. — Что происходит между тобой и Крейгом?
От одного упоминания его имени у меня по коже бегут мурашки. Поговорив с ним сегодня утром за завтраком, я бы заплатила хорошие деньги, чтобы никогда больше не видеть и не слышать о нем. Если бы Кэм не был на испытательном сроке, я бы позволила ему разобраться с этим. Возможно, Крейгу пойдет на пользу, если он надерет ему задницу, а у меня есть дела поважнее, чем иметь с ним дело.
Но вместо этого мне приходится справляться с этим самостоятельно.
— Кроме того, что меня тошнит каждый раз, когда кто-то спрашивает меня о нем? — отвечаю я дерзко.
Он улыбается, показывая, что это именно то, что он хотел услышать. — Значит, ты одинока?
Тьфу. Черт. — Нет. Разве ты не слышал? Я встречаюсь с Мали.
Это привлекает ее внимание, и она поворачивается ко мне с притворным интересом.
— О, мы режем ножницами?
Каждый парень в радиусе пятнадцати футов замирает и сосредотачивается исключительно на нашем разговоре. Можно подумать, что они никогда не смотрели порно, и что две девушки — это иностранное понятие.
— Пожалуйста, скажи да, — умоляет Таннер. — А потом скажи, что позволишь мне посмотреть.
— Если бы вы продали билеты на это, вы могли бы заработать, — добавляет Бен.
Брови Мали приподнимаются. — Я бы с удовольствием прогулялась по магазинам.
— О Боже мой, — бормочу я, качая головой.
— Вы все неисправимы.
— Ты начала это, детка, — говорит Мали, подмигивая.
Тем временем парни выглядят разочарованными. Как будто они искренне верили, что я серьёзно, и одним движением я просто разрушила все их надежды и мечты. Представьте, как вы говорите ребенку, что Санта-Клаус ненастоящий в канун Рождества, а затем добавьте еще немного недовольства.
Я перевожу взгляд с Таннера на Бена. — Как будто я когда-нибудь разденусь перед кем-нибудь из вас.
— Почему бы и нет? Нет ничего такого, чего бы мы раньше не видели, — говорит Бен, и Таннер немедленно ударяет его по руке, отчего у меня кровь стынет в жилах.
Что за черт?
Закрыв на секунду глаза, я делаю глубокий вдох, а когда снова открываю их, напряжение в комнате возрастает в десять раз.
— Что вы имеете в виду, ничего такого, чего бы вы раньше не видели? — спрашиваю я осторожно.
Мали спрыгивает со стола и подходит, чтобы встать рядом со мной, кладя руку мне на спину.
