Лукас допивает остатки пива и швыряет пустую банку в Кэма, но тут вмешивается Айзек.
— Осторожно. Разве ты не слышал? — Он оглядывает Кэма с ног до головы, как будто тот бешеная собака. — Он жестокий преступник.
Все смеются, и Кэм показывает ему средний палец. Любой, кто знает моего брата, знает, что он никогда бы намеренно никому не причинил вреда. По крайней мере, не без действительно веской причины. Он может шутить со своими друзьями по этому поводу, особенно теперь, когда суд закончился и страх попасть в тюрьму прошел, но я знаю, что это беспокоит его.
Люди в этом городе буквально наблюдали, как он рос, и все же сейчас по крайней мере половина из них думает, что он социопат.
Чертов Сатана.
Мой телефон вибрирует, и, будучи слишком погруженной в свои мысли, я открываю его, прежде чем могу остановить себя. Сообщение от Крейга, которое смотрит на меня в ответ.
Перестань притворяться, что ты не видишь мои сообщения. Айзек только что сказал мне, что телефон у тебя в руке.
Во имя всего святого.
— Айзек! — Его голова поворачивается ко мне при звуке моего голоса. — Ты действительно сказал своему гребаному брату, что у меня с собой телефон?
Хейс прикусывает губу, чтобы скрыть улыбку. — Это длилось недолго.
Айзек похож на ребенка, которого поймали за тем, что он запустил руку в банку из-под печенья. — Это плохо?
Я зажимаю переносицу и делаю глубокий вдох. — Если ты собирался рассказывать ему о каждом моем движении, пока ты здесь, тебе следовало просто привести его.
— Ты хочешь, чтобы он был здесь? — взволнованно спрашивает он. — Я могу позвонить ему. Гарантирую тебе, что он придет.
— Нет! — Мы с Мали кричим в унисон.
Айзек хмурится. — О, да ладно. Он скучал по тебе, пока была в школе, и ему действительно жаль.
— За который раз? Когда он бросил меня на вечеринке, чтобы пойти трахнуть кого-нибудь другого, или, когда он собирался отправить мне наше видео и случайно прислал любительское порно с ним и его напарницей по лаборатории?
Он смотрит на меня в ответ, ошеломленный.
— О, я знаю, — продолжаю я. — Должно быть, это из-за того раза, когда он трахнул другую девушку в моей постели и оставил мне презерватив в подарок. Кроме того, это даже не похоже на то, что мы недавно расстались. Если он сожалел, ему следовало извиниться семь месяцев назад.
Все молчат, пока он несколько раз открывает и закрывает рот, не произнося ни слова. Через мгновение Кэм нарушает молчание, осматривая свою пустую бутылку.
