Дознание в Риге

"Николай Свечин

Дознание в Риге

Глава 1. Беспокойная весна

Апрель 1898 года выдался для Лыкова трудным. В Донецком бассейне появилась опаснейшая шайка. Пять человек на конях, хорошо вооруженные и дерзкие, нападали на казенные и частные учреждения. За месяц были ограблены карета Славяносербского уездного казначейства, контора рудника в Ольховатке, и сожжены две помещичьих усадьбы. Восемь человек убито, двое раненых умерли потом в больнице… Екатеринославский губернатор отправил в министерство паническую телеграмму, требуя прислать столичных волкодавов.

Горемыкин[1] подумал-подумал и вызвал к себе директора Департамента полиции Зволянского. Старый и молодой саврасы[2] имели одну любовницу на двоих и потому понимали друг друга с полуслова. В итоге надворный советник Лыков поехал в Екатеринославль.

Когда он представился начальнику губернии князю Святополк-Мирскому, тот был ошарашен. Дернув себя за седой ус, князь спросил:

– А что, вы один прибыли?

– Точно так, ваше сиятельство, – почтительно доложил гость.

 – Согласно распоряжению господина министра внутренних дел. На помощь местным силам.

– И что вы тут сделаете? – взвился генерал-майор. – В единственном числе. Чем поможете нашим силам? Я полагал, пришлют целый отряд.

Губернатор воевал с турками на одном с Лыковым театре военных действий – на Кавказском. Оттого Алексей решил не дерзить генералу, а объясниться.

– Помочь можно и нужно опытом, ваше сиятельство, – сказал он. – Числом-то зачем? Ваших людей вполне хватит, чтобы уничтожить банду.

Надо лишь ее найти.

– А вы, стало быть, опытны, раз министр прислал именно вас? – со смесью ехидства и одновременно надежды спросил князь.

– Надо полагать, да, – лаконично ответил Лыков.

Святополк-Мирский скользнул взглядом по наградам чиновника, задержался на солдатском Георгии.

– Этот за что получили?

– За службу пластуном в Кобулетском отряде в 1877 году.

– Прошу простить мою резкость! – Святополк-Мирский подбежал к Лыкову и протянул ему руку. – Там у вас такое творилось! Мы под Карсом и орденов больше видели, и пространства для маневра.

А под Кобулетом, в этих проклятых малярийных болотах… Столько народу положили, штурмуя ничтожные скалы. Называйте меня Петр Дмитриевич.

– А я Алексей Николаевич, с вашего позволения. Если угодно, я изложу план действий, как собираюсь ловить этих негодяев.

– Тогда давайте позовем вице-губернатора, – спохватился князь. – Я, знаете ли, командую губернией лишь с первого января. Не вошел пока до конца в дела.