– Вы не сделаете этого, – спокойно сказал покемон."
"– Посмотрим, – ответил я. – Или я не Мартин Логан!
– Вы не Логан, – нагло ответил покемон и отключился.
Вскоре мне стала названивать Синтия, но я не отвечал на звонки – просто выключил телефон.
* * *Заснуть я не мог – ворочался, и мне все время чудился на лестнице за дверью шорох. Мне и раньше представлялась картина, как ночью в эту дверь врываются люди Сяолуна, надевают мне на голову черный мешок, как в кино, и волокут по лестнице. Сейчас мне представлялись невзрачные штатские с белыми глазами убийц – как из фильмов про Джеймса Бонда.
Этот бесконечный калейдоскоп заставлял меня дрожать, я чувствовал, что простыня холодная от пота. Под утро мне все-таки удалось уснуть. По крайней мере перед глазами поплыли сумбурные образы: Пикачу, потом я в колледже на каком-то экзамене сдаю свой дизайн-макет, потом лодка на канале в Кембридже, заваленная ведрами и рюкзаками, потом Синтия – как в тот день, когда она подсела ко мне в пабе… А потом я услышал, как в прихожей щелкнул замок и раздалось пыхтение.
Уж точно не Синтия, а больше ни у кого не было ключа от моей квартиры. Я распахнул глаза – вокруг темнота. Может, показалось? Снова послышалось пыхтение, затем чиркнула зажигалка, и я испуганно зажмурился, притворяясь спящим. Сердце колотилось так, что я не мог понять: то ли кто-то ходит по комнате, то ли это грохочет у меня внутри.
– Марти! – требовательно раздалось у меня над головой. – Проснись, Марти!
Я открыл глаза.
Надо мной склонился дядя с горящей зажигалкой, и ее огонь отражался в его зрачках.
– Нам надо поговорить, Марти, – сказал он глухо. – Другого выхода нет. Где у тебя зажигается чертов свет?!
– Откуда у тебя ключ, дядя Джо? – спросил я ошарашенно.
– Ты уже забыл, чья это квартира, – с горечью сказал дядя. – Как же я тебя избаловал. Мальчику тяжело жить в квартире погибших родителей, мальчик хочет жить один, в студии, в центре Сохо, он дизайнер…
Я вскочил, зажег свет и начал торопливо одеваться.
Мысли путались. Дядя присел на стул и внимательно смотрел на меня. Сегодня он выглядел гораздо лучше: не было ни складок, ни мешков под глазами, лицо было чисто выбрито, а костюм безупречен, как в прежние времена. Только был он немного бледен, а глаза красные, воспаленные. Одеваться под его пристальным взглядом было очень некомфортно. Дядя шагал по квартире, опираясь на трость, и разглядывал мой бардак.
– А Синтия все-таки с тобой не живет, – сказал он желчно.
