Драгоценный выстрел

Он не выронил винтовку, не нажал нечаянно на курок и даже не переменил положения. Оставаясь все в том же полунаклоне с наведенной на машину винтовкой, он стоял, не произнося ни слова и соображая, что сейчас должен сделать.

Но давать противнику возможность на осуществление задуманного совершенно не входило в планы Гурова."

"— Без фокусов, парень! — проговорил он. — Это только в других стрелять прикольно, самому-то получать пулю ой как несладко. Винтовку в сторону, руки за голову! Медленно поворачиваешься ко мне и делаешь два шага вперед.

— Да, я догадался, — сиплым от волнения голосом ответил Сотников. — Надеюсь, и ты понимаешь, что твой приятель, тот, который сейчас в машине, тоже под прицелом.

Только сейчас Лев понял, что, разрабатывая стратегию, учел не все возможные нюансы. Но перед лицом противника он вовсе не собирался демонстрировать растерянность. К тому же он знал, что Коршун сейчас слышит его, и не сомневался, что опытный спецназовец, которому доводилось выбираться и не из таких переделок, сумеет сориентироваться в ситуации.

— К чему эта дискуссия, Игорек? — спокойным и даже немного пренебрежительным тоном проговорил Гуров. — Мы оба наизусть знаем все возможные варианты. Либо мы с тобой одновременно нажимаем на курок, и живым с этой «вечеринки» возвращаюсь только я, либо ты включаешь мозги и догадываешься, что несколько лет за решеткой все-таки меньшее зло, чем неизмеримая вечность в сырой могиле.

— Все разнюхал? — злобно проговорил Сотников. — До седьмого колена грязное белье перетряс?

— Я старался.

— Ладно, твоя взяла, — процедил Игорь и, нагнувшись, положил винтовку на пол.

— Вот и чудненько, — облегченно вздохнул Лев, очень довольный, что Коршун уже не на мушке. — Теперь кладешь руки за голову, медленно разворачиваешься и делаешь два шага ко мне.

Когда Сотников выполнил указание и отошел на достаточное расстояние от лежавшей на полу винтовки, он произнес:

— На пол, лицом вниз!

Сотников послушно выполнил и это. Приставив дуло пистолета к его затылку, Гуров приказал ему завести руки за спину и, ловко действуя свободной рукой, сковал их наручниками, которые, отправляясь на операцию, предусмотрительно захватил с собой.

Только теперь он позволил себе немного ослабить бдительность.