Драгун. Крест за Базарджик

 – Вахмистр Степанов Иван Матвеевич, младший унтер-офицер Петров Парамон Нилович, младший унтер-офицер Чанов Иван Ильич…

– Ванька, тебя! – Блохин толкнул друга. – Беги!

– Мать честная! – выкрикнул тот, спрыгивая с коня, и, кинув поводья Лёньке, поспешил к свите.

Меж тем неслось:

– Знаком отличия ордена Святой Анны за боевые заслуги награждаются младший унтер-офицер Брызгалов Потап Игнатьевич, драгун Филатов Кондрат Иванович, драгун Очепов Фрол…

– Беги, Рыжий! – Марк толкнул Очепова в спину. – Не заставляй цельного генерала ждать!

– В этом году преисполненные мужеством славные наши войска наголову разбили османские армии и овладели множеством крепостей и укреплённых городов! – выехав на пару корпусов перед свитой, произносил заключительную речь генерал.

 – От неприятеля очищена вся придунайская Болгария и Румелия. Осталось только перейти через Балканы и, добив турок, водрузить свой флаг над Константинополем! Впереди нас ждут славные дела, братцы! Пока же за особые ратные труды при штурме крепости Базарджик указом государя императора каждый офицер, не награждённый за это дело орденом, получает золотой наградной крест на георгиевской ленте, а нижние чины – серебряную медаль. Помимо того, каждому причитается премиальная выплата в четверть годового жалованья…

– О-о, здорово, премиальные! – воскликнул обрадованно Лёнька. – А то ведь совсем поиздержались! Да и медаль не будет лишняя! Красота!

– Цыц, тихо! – цыкнул на него Тимофей. – Слушай, потом будешь болтать!

– Поздравляю вас со всеми славными вашими победами и заслуженными наградами! – заканчивая речь, прогремел генеральский голос.

– Ура! Ура! Ура-а-а! – восторженно ревели войска.

– Смирно! – скомандовал начальник Ясского гарнизона генерал Уваров. – К торжественному маршу! Пехота – поротно, кавалерия – повзводно! Дистанция между колоннами три сажени. Первая рота прямо, остальные напра-аво! Шаго-ом марш!

– Равнение в рядах! – гаркнул Копорский. – По струнке идём! Палаши во-он! На пле-ечо! Равнение направо!"

"Сабля легла своим долом на эполет, спина прямая, голова чуть приподнята и повёрнута вправо.

«Тысяча восемьсот одиннадцатый год, – думал, следуя церемонным шагом мимо генералов, Тимофей. – Совсем скоро России придётся схлестнуться в великой войне, которую потомки назовут Отечественной. Более шести сотен тысяч врагов пересекут Неман и устремятся к Москве. Всего каких-то полтора года осталось до нашествия с запада, а они здесь, у Дуная, в сражениях с турками увязли.