Драгун. Крест за Базарджик

 – Сколько нужно за работу, Степанович?"

"– Есть пока деньги, вашбродь, – отмахнулся Клушин. – У меня ещё три рубля с полтиной серебром и восемь копеек медью в кошеле лежат. Ежели никаких затруднений не случится, должно до рождественской трети этого хватить. В кошелевскую, теперь уже чановскую артель порционные мы отдали, офицерские приварочные нет-нет тоже дают. Хмельное вы с господами вовсе не употребляете, в карты деньги не проигрываете. А на этом завсегда ведь самые траты у их благородий случаются. Так что хватает всего.

Может, вам чего прикупить, пока овощ и фрукт копе-ешный? А то ведь холода придут, враз всё подорожает.

– Недоуздок изношенный – три штуки, трок с кольцами – два, поводья – четыре, – бубнил, подбивая подлежащую замене конскую амуницию взвода, Тимофей. – Что говоришь, Степанович? – Он поднял голову от бумаги. – Овощи и фрукты? Да, конечно, покупай, сейчас самое время для них. И как только деньги будут к концу подходить – скажи. У меня ещё остались с прошлой трети, восполню убыль.

Так, дальше: потники – три штуки, вальтрап, ага, нет, вальтрап мне точно не дадут списать, он нового образца, тёмно-зелёный. Пусть штопает Ярыгин. Далее: подперсье и пахвы. Так, здесь на черновом списке два комплекта указано, а показывали с износом только один, который Плужин приносил со своего Каштана. А у кого же второй тогда? У Кузнецова? Нужно уточнить…

– Ваше благородие, позвольте?! – забарабанили в дверь.

– Заходи! – крикнул Гончаров, и в открывшийся дверной проём заскочил эскадронный вестовой.

– Господин прапорщик, драгун Платонов! – представился он громогласно. – Их благородие господин капитан просили вас срочно к нему прибыть! – И, оглядев комнату, понизил голос: – Тимофей Иванович, с Шуши какой-то майор важный при казачьей сотне приехал, говорят, что самим генералом посланный. С нашим капитаном они закрылись, разговаривают. А Павел Семёнович потом дверь открывает и кричит мне: «Семён, бегом за Гончаровым! Бегом, говорю!» Ну вот я и припустился.

– Майор от генерала, интересно, – откладывая в сторону перо, отметил Тимофей.

 – С чего бы это генералу и какой-то прапорщик был интересен? Ладно, пошли, Семён. – И, одёрнув мундир, вышел вслед за вестовым на улицу.

– Подсаживайтесь к столу, Тимофей. – Облачённый в егерский мундир средних лет худощавый штаб-офицер кивнул на скамью представившемуся драгуну. – Майор Воскресенский Алексей Михайлович, адъютант его высокопревосходительства генерала от кавалерии Тормасова.