Драгун. Крест за Базарджик

«Не успеешь!» – Зло ощерившись, Тимофей рубанул его по заносившей саблю руке, буквально на какие-то доли секунды опережая встречный удар. Янтарь пронёсся мимо оравшего всадника, и он хлестнул следующего по голове. Удар! Ещё удар! Ещё! Янтарь несётся вперёд. Отбил вражеский клинок, рубанул в ответ, опять отбил. А теперь боковой хлёст!

Яростный мимолётный бой, где нет времени думать, где всё на рефлексах и наработанных долгими тренировками навыках. Ну и опыт, кровавый опыт множества боёв и сшибок. Чуть-чуть не срубил его худой темнокожий всадник, в белоснежном тюрбане на голове.

«А сабелька хороша! – промелькнула в голове мысль. – Богатая сабля, да и враг хорош, уже третий раз со звоном встречаются наши клинки. Негр, что ли, или араб? Белые зубы сверкают на смуглом лице». Встречный удар, ещё один, ещё!

– Ар! – взрыкнул Тимофей, клинок противника чуть-чуть было не перерубил ему руку, царапнув по плечу. Спас отскочивший вбок Янтарь. – Лыбишься?! – рявкнул Гончаров, увидев у темнолицего оскал. Правая с клинком отбила прямой удар в голову, а левая вытянула пистоль из накинутой на шею кобуры.

Времени прицеливаться не было, но противники были рядом, и он выстрелил, что называется, навскидку. Пуля ударила сопернику в бок, он пошатнулся, и, рванув коня вперёд, Тимофей рубанул прямо по белоснежному тюрбану.

Совсем рядом вели бой Фрол и Чанов, зарубив двоих, они насели на важного всадника и крутившегося рядом с бунчуком байрактара. Пожилой, дородный турок в ярком шёлковом халате, как видно большой местный начальник, призывно кричал, но охваченные паникой сипахи уже его не слушали и спешили скрыться с места сечи.

Зарубив телохранителя, Чанов ринулся к толстяку и, схватив за шею, потянул к себе. Кони шарахнулись в разные стороны, и оба всадника выпали из сёдел на землю. Байрактар попытался скрыться, но пуля из пистоля Очепова свалила его коня, и подскочивший драгун ударил знаменосца саблей.

Только самая малая часть турок смогла вырваться из окружённой крепости. Настёгивая коней, они неслись прочь.

Несколько сотен сипахов было изрублено на месте, остальные бросились в панике через открытый проём обратно в город.

– За мной, драгуны! – призывно прокричал командир Стародубовского полка. – Атака!

Лавина русской кавалерии, сметя небольшой заслон у ворот, ворвалась в Базарджик.

– Ура-а! – ревели драгуны, скача по улицам.

– Э-э-эх! – Тимофей с громким выдохом ударил саблей бегущего турка. – Э-э-эх! – с оттяжкой рубанул он второго.