Дракон чихнул (СИ)

Я всё ещё опасалась погони, но Ляля быстро накинула мне на голову пёстрый платок, а нижнюю часть лица прикрыла расшитой пайетками вуалью. Похожую она нацепила и на себя, но спрятала под неё глаза и нос.

— Это знак для своих и для чужих, — объяснила эльфийка. — У кого рот прикрыт, тот всё видит, но молчит. Таких побаиваются, сглаза боятся. Так что от тебя будут держаться подальше.

— А у тебя наоборот, — заинтересовалась я. — Что это значит?

— А я могу судьбу предсказать, потому рот и не прикрываю, чтобы ничто не мешало любому расслышать меня.

— Но у вас тут все ходят без вуалей, — я кивнула в сторону сидящих у костра эльфиек, занятых каким-то рукоделием.

— Так это тут, — усмехнулась Ляля. — В город они выйдут полностью укрытые, потому что замужние. Только свободные девушки могут маленькой вуалькой обойтись, а взрослые дамы под покрывалом показываются среди людей и драконов.

— Почему? — удивилась я.

— А чтобы никто не приставал с расспросами. У замужних забот много, муж, дети, характер портится, язык злой.

— То есть это не столько защита эльфиек, сколько от эльфиек, — хмыкнула я и заметила сердитый взгляд одной из женщин.

— Ну да, — согласилась со мной Ляля и поторопила: — Пойдём! Мне до полудня нужно немного заработать, чтобы тебя покормить.

— У меня есть немного денег, — засмущалась я и показала один из мешочков с монетами.

— Вот и хорошо, но всё равно, нехорошо заставлять ждать постоянных клиенток, — улыбнулась эльфийка.

"Я прикрепила на широкий пояс выданную Лялей яркую сумочку, расшитую замысловатыми узорами. Не удержалась и заглянула внутрь: как там себя чувствуют подросшие детки? Крупные яйца, прямо-таки отборные, ещё немного и за крашеные куриные точно не примешь, лежали среди обрывков шёлковых тканей. Жаль, тут пупырчатой упаковки нет, пришлось придумывать на ходу, как обезопасить хрупкие скорлупки.

Правда, не такие уж они и хрупкие, скорее чуть резиновые на ощупь, будто мячики.

Я приготовилась к долгой дороге, но стоило выйти за крайние шатры, как за небольшой рощицей показались ярко-красные и оранжевые черепичные крыши. Некоторые выгорели на солнце почти до бледно-рыжего. И в результате стоящая под пригорком деревушка выглядела тёплой и солнечной, безобидной.