– Что случилось? – удивился Таннис, наблюдавший за моими приготовлениями с легкой тревогой.
Драконий слух тоньше эльфийского, а изоляция в здании была отличная. Мой истинный ничего не уловил. Пока что.
Вместо ответа я распахнула дверь, и как по заказу раздавшийся истеричный женский визг, сверлом ввинтившийся в уши, заполнил номер.
– Там внизу молодой вампир, – констатировала очевидное.
Эльф подобрался, тоже подхватил оружие и последовал за мной к лестнице.
На площадке я притормозила и оглядела холл.
Зрелище не радовало.
Та девушка, которая пыталась нас не пустить на постой, лежала посреди зала с разорванным горлом. Из раны успела натечь кровь, но не слишком много. Большую часть выпил склонившийся над бедняжкой официант.
Интуиция меня не подвела. Его кашель точно был не просто так.
Но откуда он умудрился подцепить вирус, если на въезде в город всех проверяют? Я сама видела, стражники не халтурили, действительно тестировали всех подряд.
Задаваться теоретическими вопросами было некогда, сейчас главное обезвредить зараженного, пока он не успел покусать еще кого-нибудь.
Из оцепенения меня вывел очередной взрыв визга. Так стало ясно, что в прошлый раз верещала не жертва.
Еще одна девушка, чуть постарше, спряталась за конторкой. Убежище у нее было так себе, скорее самообман, чем убежище.
Вампир тоже так решил, оторвался от пиршества и медленно, пошатываясь, двинулся в сторону второй горничной.
Когда вирус только начинает поглощать тело, меняя его структуру, выращивая клыки и активизируя жажду крови, двигательные функции нарушаются.
Отсюда рваные шаги, неустойчивость и сбитый глазомер. От молодого, свежеобращенного вампира довольно легко увернуться или убежать. Но через сутки или двое на месте неуклюжего зараженного оказывается сильный, нечеловечески ловкий хищник, виртуозно выслеживающий добычу по запаху и молниеносно реагирующий на малейшую угрозу.
Потому уничтожать вампиров нужно сразу же, как только идентифицировали. Чем дольше тянешь, тем сложнее потом от них избавиться.
Многие совершают ошибку, полагая что зараженный их пощадит. Ведь это их отец-брат-муж, свой, родной!
Увы. В сознании вампира нет места брачным узам и привязанностям. Там только одно понятие – голод.
И чтобы его утолить, он готов на все.
– Виктор, очнись! – воззвала девушка из-за конторки.
Ну вот, классическая ошибка.
Я метнулась с такой скоростью, что со стороны, скорее всего, казалась смазанным пятном. Миг – и Виктор лежит на полу, отдельно от головы.
