– Почему ты не отправишь дворецкого на заслуженную пенсию?
– Ему нравится быть нужным и важным, – неуверенно произнес Ольбрехт. – К тому же я привык. И мои зверюги на него не реагируют.
– В кого ты ещё оборачиваешься?
– Каждый раз по-разному. Зависит от настроения.
– Если тебя не затруднит, почитай на ночь сказки про розовых пони, пожалуйста. Или про милых котиков…
– Вряд ли тебя порадует змееящер с лошадиной мордой и пушистыми лапками.
– Через пять минут тебе надо будет перемешать основу для зелья, – напомнил Лаур, прерывая разговор.
Доела я в два счета. И сразу направилась в свою спальню, где успела обустроить полевую лабораторию. Приготовила партию энергетических напитков, а также парочку редких зелий на основе ингредиентов, полученных от Ольбрехта. Чего добру лежать без дела? Следя за бульканьем котла и заворачивая флаконы в магическую бумагу, вызвала курьера и отправила их в лавку для Марты.
– Лаур, сообщи Марте, чтобы ждала курьера, – отдала распоряжение секретарю.
Остаток дня провела за изучением дневника и расчетами, пытаясь вывести идеальную комбинацию ингредиентов для эликсира магического роста, который собиралась представить в качестве личной разработки. Кажется, Николас приносил мне ужин. Я так увлеклась, что подняла глаза от записей лишь когда за окном стемнело.
Заснула, едва коснулась головой подушки, чтобы проснуться на рассвете от ощущения тяжести на груди и утробного мурчания.
В комнату проникла вчерашняя зверюга.
Шок сменился ужасом, через пару секунд уступившим место любопытству. Так, ну съедать он меня явно не планирует, потому можно и присмотреться.
– Николас, – тихо окликнуло я создание, надеясь, что достучусь до дракона.
Химера недовольно дернула ухом, но глаз не открыла и урчать не перестала.
Спустя десять минут безуспешных попыток разбудить Николаса я бросила эту неблагодарную затею. Спать осталось всего ничего, а химера вроде как мирная.
Содрав плату за постой в виде клочка шерсти, я попросту заснула.
– Вставай! ВСТА-А-А-А-АВАЙ! – от нечеловеческого ора Лауренцо, к которому он прибегал, когда не удавалось разбудить меня со второй попытки, меня буквально сорвало с кровати.
Как оказалось, не только меня. Между истошным «вставай» и «подъём» я различила не только отборную брань, но и грохот. Обернулась и узрела дракона в своем человеческом обличии. Совершенно голым.
