Дракон, который всё испортил

«Да ладно», — хмыкнула я. — Ну и как? Он тяжело вздохнул. — Ещё хуже. — Что значит хуже? — решила уточнить я. Как только услышал ваше «что, не всё доломали», сразу понял, что хочу слышать этот голос всегда. Когда засыпаю, когда просыпаюсь. Вообще-вообще всегда, до самой смерти.

Я стояла совершенно растерянная. Так вот, как и выглядит правда. Демоны побери, к такому я точно не была готова. Но вы меня обманули. Вы не сказали, что это бал невест? Так вышло. Пожал он плечами. Ну, то есть, я, конечно, мог сразу сделать вам предложение, но, боюсь, получил бы букетом по физиономии и был бы с позором выставлен.

Мама дорогая!

Говоря это, он смотрел на меня с совершенно невозможной нежностью. Я к тому времени успел немного изучить ваш характер. Бить розами по лицу? Да никогда. Тут же подала голос я. Все-таки говорить о цветах мне куда привычнее, чем о драконьих чувствах. Они же испортятся, лепестки осыплются. Брякнула и только потом поняла, как нехорошо это прозвучало. Только дракона не думал возмущаться моим цинизмом.

Да, действительно, не подумал. Похоже, их вы по-настоящему любите. Очень надеюсь, что со временем и моё лицо станет вам приятнее. Хотя что лицо? Заживёт. Я вздохнула. Кажется, ситуация развивалась совсем не по моему сценарию. А если говорить откровенно, она и вовсе вышла из-под контроля. В общем, я не стал вас пугать неуместным напором.

Подумал, что на балу вы сможете лучше меня узнать. А потом я буду долго ухаживать, и, в конце концов, мне удастся убедить вас, что я очень даже ничего.

Я ведь и правда очень даже ничего. Ох, самовлюбленная же зараза. И мне показалось, что я вам все-таки немного нравлюсь. Ну, по крайней мере, я на это надеюсь. Закончил он и посмотрел на меня такими преданными и умаляющими глазами, что я была уже готова самолично отхлестать себя розами по лицу.

Какое-то время мы молчали. Наверное, он ожидал от меня какого-то ответа, а я судорожно пыталась уложить в голове новую информацию. А она не укладывалась, хоть ты с сапогом ее запихивай.

Не дождавшись ответа, дракон встрепенулся и сказал решительно. «Пойдемте к императору. Я просто обязан сообщить ему, что все женщины мира не стоят вашего мизинца.

Ну, про сковороду, конечно. И что он сотрал, потому что личная жизнь подданных вообще не его дело. «Да. Это обязательно». «Нет», — воскликнула я и вцепилась в него изо всех сил, готовая умереть, но не позволить ему переговорить с диктатором. Услышанное наконец улеглось как надо в моей дурной голове.