Дракон, который всё испортил

Так что пора было перестать тихо радоваться и перейти, наконец, к сочувствию. К тому же, сочувствия тоже хватало.

Оно наполняло сердце щемящей нежностью, стоило только взглянуть на потрепанного, но не сломленного узника. «Это ведь из-за того, что вы не представили невесту?» Тихо спросила я. Как не ужасно, но всё это случилось из-за меня. Я слышала, у вас неприятности и финансовая проверка, по замку рыскают люди министров финансов, но не думала, что всё настолько плохо. «Ничего, пусть рыскают», — хмыкнул дракон.

«Всё равно ничего не найдут.

Как говорится, заплати налоги и спи спокойно. И никакому жалкому министру меня не одолеть». Кажется, Горбатого могила исправит.

«Нет. Видно же. Чуть живой, а гонору не поубавилось. Впрочем, не мне его судить, и уж точно не сейчас». «Простите. Это я во всем виновата», — искренне сказала я. «И вовсе не во всем», — возразил Сирион. «Как это?» — не поняла я. «Император вызвал меня во дворец из-за того, что я не выполнил его распоряжения. Собирался устроить разнос, напугать невестой.

Однако в тюрьму посадил не из-за этого».

«Из-за чего же тогда?» — удивилась я. «Ну, я просто сказал ему правду». Хитро улыбнулся дракон. «Правду», — эхом повторила я. «Кажется, скоро я возненавижу это слово». «Не может быть! Неужели про корону и яичницу?» Он рассмеялся. «Нет, конечно. Про то, что он тиран. А еще не слишком умный тиран, раз уж думает, что одним приказом может всех осчастливить».

«И что же император?» — испуганно спросила я. Ну, ему не очень понравилось. Потому, собственно, мне и пришлось провести какое-то время не в лучших условиях.

По крайней мере, теперь стало понятно, что именно произошло. Оставался последний вопрос, самый важный. «Вы все еще на меня сердитесь?» Дракон одарил меня изумленным взглядом.

«Вы всерьез считаете, что после двух недель в тюрьме «Я способен сердиться на кого-то, кроме самодура императора?» Ну что же, посчитать это плохой новостью не смог бы даже самый унылый пессимист. «Погодите, а как вы оттуда выбрались? Вы сбежали?» Эта мысль пришла мне в голову неожиданно.

А ведь, скорее всего, так и есть. Судя по тому, что говорят о нашем императоре, двухнедельные тюремные сроки — это вовсе не его стиль. К нему, если попал, долго не выберешься.

Теперь я уже планировала, как мы будем пересекать море на какой-нибудь пиратской шхуне. Ну, разумеется, на пиратской, на нормальный корабль беглого каторжника не пустят. В любом случае, я вас не брошу, сбежим вместе, — заверила я высокого лорда.